Дочь врага

-Крис, детка, успокойся, - просит, чуть сильнее прижимает меня к себе. Зарываюсь у него на груди. Закрываю глаза. Держусь за него, как утопающий за соломинку. Позволяю себе минуту слабости. Вдыхаю запах любимого мужчины, по телу тут же проносится тепло, кожа горит в месте нашего соприкосновения, сердце начинает стучать невыносимо быстро. Делаю ещё один вдох и в очередной раз переступаю через себя.

-Тимур, отпусти меня! - требовательно, но тихо произношу. Он отпускает. Я вскакиваю с его колен, как с раскаленного железа.

-Тебе нужно немедленно уйти, - заявлю, а у самой внутри всё дрожит. Тим не должен ни о чем узнать. Он же не сможет остаться в стороне и вмешается. Тогда точно отец уничтожит его. Я не могу допустить этого!

Глава 18. Тимур. И что мне с ней делать?

Ее глаза блестят от слез. Губы припухли, нежная, светлая кожа порозовела. Красивая… Меня кроет от желания немедленно вернуть ее себе. Присвоить, пометить, показать всем вокруг, что эта женщина моя. Она всегда была моей! Только это все лирика, а по факту надо решать ее проблемы и доказать, что я достоин стать частью этой семьи.

— Детка, — я всегда ее так называл. — избавиться от меня не выйдет, прости. С завтрашнего утра я охраняю твою дочь, — она вздрагивает от этих слов, а мне хотелось сказать другое, что я все понял. — Чадов станет твоей тенью, а малышку поручили мне.

— Я поговорю с крестным, он найдет другого, — заявляет севшим голосом, от которого мое сердце подпрыгивает к горлу и резко гонит всю кровь вниз.

— Крис, давай я буду решать, что мне можно, а что нельзя! — срываюсь. — Я не тот пацан, что был три года назад. Поверь, ты удивишься, как могут меняться люди, — ее взгляд скользит по мне, словно изучая заново. Да, детка, тебе понравится все, что скрыто под этой футболкой, но сначала я разгребу то, во что твоя задница успела вляпаться.

Позволяю ей себя рассмотреть, молчу, просто, чтобы расслабилась и поняла, что я не враг.

— Ты женат? — удивление с нотками ревности и облегчения. Сейчас зацепится.

— Да, — не вижу смысла скрывать. — Только это ничего не меняет, — пресекаю малейшую попытку надавить на это. Не помогает.

— А дети? — интересуется упавшим голосом.