Дивергент

На противоположном конце комнаты Четыре стоит, прислонившись к стене, и зевает.

Я смотрю на доску и пытаюсь предсказать итог каждой схватки. Это не занимает много времени. Затем я грызу ногти и думаю о Молли. Кристина проиграла ей, а значит, Молли хороша. У нее тяжелая рука, но она почти не шевелит ногами. Если она не сможет меня ударить, не сможет и навредить.

Как и ожидалось, следующая схватка между Кристиной и Алом быстрая и безболезненная. Ал падает после нескольких хороших ударов в лицо и не встает, отчего Эрик качает головой.

"Эдварду и Питеру требуется больше времени. Хотя они два лучших борца, разница между ними очевидна. Кулак Эдварда врезается в челюсть Питера, и я вспоминаю слова Уилла о том, что Эдвард учился борьбе с десяти лет. Это очевидно. Он быстрее и умнее, чем Питер.

К концу третьего боя мои ногти обкусаны до основания, и ужасно хочется есть. Я иду к арене, не глядя ни на кого и ни на что, кроме центра комнаты. Моя злость отчасти утихла, но возродить ее нетрудно. Надо только вспомнить, каким холодным был воздух и каким громким – смех.

Молли стоит напротив меня.

– Мне показалось или у тебя родинка на левой ягодице? – ухмыляется она. – Боже, ты такая бледная, Сухарь.

Первый удар нанесет она. Как всегда.

Молли направляется ко мне и вкладывает в удар весь свой вес. Когда ее тело подается вперед, я ныряю и бью ее кулаком в живот, аккурат над пупком. Прежде чем она успевает меня схватить, я проскальзываю мимо нее, с поднятыми руками, готовая к следующей попытке.

Она больше не ухмыляется. Она бросается ко мне, как будто намеревается схватить, и я отпрыгиваю в сторону. В моей голове звучит голос Четыре, который говорит, что самое мощное оружие в моем распоряжении – локоть. Надо только найти способ его применить.

Следующий удар я блокирую предплечьем. Больно, но я едва это замечаю. Молли скрипит зубами и ревет от досады, больше похожая на зверя, чем на человека. Она неумело пытается пнуть меня в бок, я уклоняюсь и, пока она не восстановила равновесие, направляю локоть ей в лицо.

Она бьет меня по ребрам, и я, шатаясь, отступаю в сторону, переводя дыхание. У нее есть уязвимое место, я это знаю. Я хотела ударить ее по лицу, но, возможно, это не слишком умно. Несколько секунд я наблюдаю за ней. Ее руки слишком высоко, они прикрывают нос и щеки, а живот и ребра – голые. У нас с Молли одинаковый недостаток в драке.