Дьявол, который ее укротил

Немного погодя, по пути в Олдерс-Нест, она пожаловалась:

– Теперь, когда мы согрелись, я поняла, что умираю от голода.

– Я тоже.

Однако он говорил не о еде. Сегодня она разбудила спящего дракона. И теперь он просто не мог держаться в стороне от нее.

– Скоро мы будем в Олдерс-Нест, – сказал Рейфел. – И я должен предупредить, что теперь никак не смогу помешать сестре узнать, кто у меня гостит.

– Вы ей не говорили?

– Я уворачивался от ее расспросов."

"– Почему? Намеревались держать это в тайне?

– Нет, просто она вряд ли поймет мои мотивы.

– Не поверит, что вы захотели помочь кому-то вроде меня?

– Нет. Тому, что я до сих пор не сделал вас своей любовницей. Она решит, что я теряю навыки обольщения.

Офелия с любопытством уставилась на него, прежде чем усмехнуться:

– Вы приобрели дурную привычку дразнить меня.

– Почему вы так считаете? – широко улыбнулся Рейфел. – Разве я не упоминал, что знаю способ заставить вас забыть о голоде?

Офелия расхохоталась.

Глава 21

– Вот вы где! – недовольно воскликнула Эсмеральда, когда Рейфел и Офелия вместе вошли в гостиную.

Рейфел улыбнулся тетке. Та встала, чтобы проследовать в столовую. Эсме просто молодец. Весьма удачная попытка изобразить неудавшийся побег Офелии как обычную поездку, хотя тетушка наверняка все разгадала. Вряд ли только сестра этому поверит.

И действительно, сидевшая на диване Аманда оцепенела от неожиданности и, не веря своим глазам, вытаращилась на Офелию.

Та, вероятно, привыкла к странной реакции окружающих и нисколько не удивилась, увидев изумление девушки.

– Добрый вечер, Аманда, – спокойно приветствовала она. – Как мило с вашей стороны отказаться от столичного веселья ради визита в деревню.

Аманда еще недостаточно оправилась, чтобы ответить или хотя бы осознать, что сидит с открытым ртом. Рейфел тихонько вздохнул.

– Вы, двое, идите вперед, – решил он.

Даже уход Офелии не привел Аманду в чувство: теперь она потрясенно уставилась на пустой дверной проем.

Рейфел весело покачал головой:

– Хорошо, что в это время года мухи не летают!

– Ч-что? – рассеянно спросила Аманда и, наконец опомнившись, вскочила: – Господи, Рейф, я люблю тебя до умопомрачения. Но не стоило заходить так далеко, чтобы помочь мне.