Реквием

– Вот даже как?

– Видите ли, я редко встречался с Геной у него дома. Он не особенно любил, когда к нему в городскую квартиру приходили гости. А вот дача – совсем другое дело, там я бывал часто, потому что Гена проводил там больше времени, чем в Москве. Творческая личность нуждалась в тишине, покое и природе.

«Ничего себе тишина и покой, – подумала Настя. – А сосед по даче Белкин утверждал, что у Немчиновых постоянно собирались гости и устраивались шумные пьянки. И, между прочим, как раз во время этих пьянок Белкин и видел там господина Зотова.

Что ж, можно понять желание человека не омрачать память погибшего друга».

– Правильно ли я поняла, что Геннадий Немчинов проводил на даче много времени и ваши частые встречи с ним происходили как раз за городом?

– И да, и нет. Мы с Геной встречались и в Москве, я ведь работал в то время в Управлении культуры, и нам часто приходилось решать множество проблем, связанных с его творчеством. Не забывайте, какое время было.

Цензура во всем, в том числе и в музыкальном творчестве. Чтобы певец мог публично исполнить новую песню, авторы этой песни должны были провести свое творение через комиссию, которая ее либо одобрит и разрешит к исполнению, либо запретит как безнравственную и не соответствующую идеологии, либо выдаст целый список рекомендаций по переделке. В основном переделка относилась, конечно, к тексту, а не к музыке, но все равно дело касалось обоих авторов.

– А кто был вторым автором? – поинтересовалась Настя.

 – Кто писал тексты к его песням?

– Разве вы не знаете? – удивился Зотов. – Тексты писала Света, его жена. Она была талантливым поэтом. У нее даже сборники стихов выходили.

– Я этого не знала. Но это к делу не относится. Скажите, пожалуйста, Василий Петрович часто приезжал на дачу?

Зотов задумался. Он стоял перед Настей, покачиваясь с пятки на носок и заложив большие пальцы рук за пояс джинсов. Он так и не сел обратно в кресло, и от этого Настя испытывала определенное неудобство, потому что ей приходилось смотреть на него снизу вверх.

Можно было бы, конечно, тоже встать, но очень не хотелось. Слишком уж удобные были кресла в квартире у Вячеслава Олеговича.

– А вы знаете, вот вы сейчас спросили, и я вдруг понял, что Василий Петрович там, кажется, и не бывал. Во всяком случае, я его там ни разу не видел. Хотя он, наверное, приезжал в другое время. Просто мы с ним не сталкивались.