Дядя самых честных правил 8

Я внимательно посмотрел на неё. За время, проведённое подле императрицы, она неплохо стала разбираться в подобных делах. А совет и в самом деле был неплохой.

— Да, може…

Меня прервал возмущённый крик.

— В смысле, ты не хочешь⁈

Рыжая, уперев руки в бока, сердито смотрела на Боброва.

— Сашенька, у нас с тобой дом в Павлово…

— Дом мы купим в Петербурге.

— Я не собираюсь ехать в столицу. И ты должна…

— Это я должна⁈ Нет, вы посмотрите на него! Я, как дура, выбиваю у императрицы для тебя чин, чтобы ты смог заняться делом.

— В первую очередь, как у дворянина, долг перед главой рода. К тому же бросать Костю — это предательство. Он сделал для нас с тобой всё, что мог, а мы? Бросим его, чтобы он разрывался между Павлово и Злобино?

— А он нас отпустит, — Сашка выглянула из-за Боброва и посмотрела на меня. — Отпустите же, Константин Платонович? Мы в столице для вас полезней будем!

И она стала делать знаки Тане.

— Отпущу, — я усмехнулся, — если твой муж решит ехать в столицу. Пётр, слово только за тобой, как сам хочешь. О Павлово можешь не переживать, я разберусь.

— Вот! — Сашка подняла палец. — Значит, мы поедем…

— Если я решу.

— Ехать…

— Даже не собираюсь.

— Ах вот ты как⁈ Ты, Петечка, забыл, что мне обещал? Так я напомню…

Слушать семейную ссору не было никакого желания. Я взял Таню под руку и повёл гулять в парк.

К счастью, обошлось без членовредительства. Где-то через час супруги закончили прения и перешли к конструктивному диалогу. В итоге чета Бобровых-Урусовых решила перебраться в Петербург, раз выпала такая возможность. Но Пётр задержится на пару месяцев в Павлово, чтобы привести дела в порядок. Меня такой вариант устроил более всего — возле императрицы остаётся «агент влияния», и Пётр не даст рыжей забыть о моих интересах.

* * *Описывать бал в честь коронации Екатерины совершенно бессмысленно. Если вы не были на нём, то не сможете представить, насколько пафосно, многолюдно и шумно там было. Я ловил на себе взгляды, иногда злые, иногда восхищённые, потанцевал с Таней несколько раз и коротко переговорил с Бестужевым. Старик поздравил меня с удачным завершением и посетовал:

— Жаль, что ты не захотел остаться в столице, Константин Платонович.