Дядя самых честных правил 8

— А ты тот ещё жук, Константин Платонович, — Бестужев выпил, закусил ложкой чёрной икры и погрозил мне пальцем, — целое княжество у государыни выпросил!

— Это была её идея, — я пожал плечами, — выпрашивать не в моих правилах.

— Не обижайся, это я из зависти шучу. Мне-то не довелось императриц на трон возводить, а то я бы княжество поближе попросил. Хоть бы в Сибири или на Кавказе, а не северную Алеутщину. Что же ты не подсуетился?

— А зачем? Чтобы мне завидовали ещё сильнее?

— Это да, — Бестужев хмыкнул, — согласен.

Вот интересно, кто растрепал о моём участии в судьбе Петра и Ивана? Сама Екатерина или Гришка Орлов? О судьбе последнего знали только эти двое.

— Прямо-таки трёх?

— А то нет, — Бестужев поставил бокал, поднял руку и начал загибать пальцы, — Фридрих — раз, Пётр Фёдорович — два, Иван Антонович — три. И даже не думай возражать — весь двор уже знает, что это ты их.

— Сомнительная слава, на мой вкус.

— А на мой — отличная. Если ты императоров не щадишь, то сошек помельче без разговоров на паштет пустишь. Пусть боятся даже чихнуть в твою сторону, тебе же спокойнее будет.

Я не стал продолжать разговор о моей репутации и перешёл к темам поинтереснее.

— Алексей Петрович, давайте подобьём итог нашего с вами договора.

— Хороший итог, — Бестужев осклабился и поднял бокал, — выпьем за него, Константин Платонович. Лично я полностью доволен исходом. Всё, что ты обещал, — всё сделал.

Из-за обшлага рукава он достал сложенные листы бумаги и по одному стал протягивать мне

— Держи, вексель на триста тысяч за дворец. Ах, хорошо вышло, и не подкопаешься. Удачно, удачно!

Он подал вторую бумагу.

— Рецепт капелек, как и обещал. Ух, шельмец! — и снова погрозил пальцем. — Ты единственный, кто у меня его сумел выспросить. Цени! Без утайки передаю, все секреты тебе описал.

— Спасибо, Алексей Петрович. Очень вам признателен.

— С ключ-камнем в Москве разберёмся, как на коронацию поедем.

Я согласно кивнул.

— Ну вот и ладушки. Давай ещё по одной и будем расходиться.

— Вы кое-что забыли, Алексей Петрович.

Бестужев подобрался, будто старый волк, и уставился на меня с прищуром.

— Ну?

— Речь шла ещё об одной услуге. Помните, называли пару имён?"

"Честное слово, я не собирался работать наёмным убийцей у Бестужева. Но один погиб вместе с Гагариным от взбесившейся «Эльфийской проказы», и я узнал его имя уже от Орлова.