Дядя самых честных правил 8

— Успеется. Сначала проведём переговоры, а затем уже будем действовать.

Киж кивнул, но на его лице было заметно лёгкое разочарование.

— Можешь до завтра быть свободен, — махнул я рукой, — делай что хочешь, но чтобы был к началу бала. Прикроешь меня на всякий случай.

Мертвец встал, поклонился, сделал шаг назад и растворился в темноте. А я лёг спать, совершенно не раздумывая о грядущих переговорах с местной «мафией». Да и что тут думать? Выбор-то небольшой. Или я их смогу прогнуть, или они сядут мне на шею и будут помыкать.

* * *К особняку дворянского собрания мы приехали в карете княгини, с двумя сундуками багажа. Бал ведь мероприятие серьёзное, вдруг понадобится взять свежий платок, заменить шарфик или переодеть платье. Даже для меня имелся запасной мундир на всякий случай. Да, я хоть и в отставке «по состоянию здоровья», но на официальные мероприятия обязан являться в генеральской форме. Общество за такими вещами следит очень пристально, знаете ли.

Я подал руку своим спутницам, помогая выйти из кареты, и мы двинулись в особняк.

В этот раз жена предводителя Муромского дворянства встречала нас не в холле, а на самом верху парадной лестницы. Марья Алексевна усмехнулась и шепнула мне:

— Дубасовы-то силу потихоньку набирают и начинают нос задирать. Через пару лет Лизка и вовсе побрезгует лично всех встречать.

Сударыня Дубасова за два года, что прошли с нашего знакомства, из дородной дамы превратилась в монументальную. Обзавелась третьим подбородком, слой пудры на лице стал ещё толще, а парик раза в полтора пышнее. А вот дочерей с ней уже не было, видимо, она успела выдать их замуж. Вместо них за спиной Дубасовой маячил слуга с книгой в руках — в паузах между прибывающими гостями он развлекал её чтением вслух.

— Мария, милочка! — Дубасова облобызалась с Марьей Алексевной. — Как давно ты у нас не бывала! Мы с мужем по тебе ужасно соскучились!

— Стара я уже, душенька, по балам разъезжать.

— Ваша светлость, Константин Платонович! — Дубасова протянула мне руку для поцелуя. — Мы так рады вас видеть! Николай Васильевич очень желал бы переговорить с вами о делах дворянства.

Вот этого-то я и боялся. Муромское общество, глядя на генеральский мундир, обязательно постарается втянуть меня в свои местечковые проблемы и склоки.