Девять месяцев по контракту

Спонтанный порыв, который вырывается из меня ради протеста напыщенному индюку, который считает, что всё за деньги покупается. Даже моё личное время.

— Так на какое время мне сделать запись? — испуганно спрашивает доктор.

— Я могу приехать в десять.

— В десять у меня важная конференция, — произносит Тимур, испепеляя меня своими чёрными глазами.

Невозмутимо сажусь на кушетке и одергиваю блузу вниз, чувствуя, как пылают мои щёки. Не знаю, что в меня вселилось, но сейчас уступать ему я не намерена.

— Я могу приехать на приём одна к тому времени, которое мне подходит, — пожимаю плечами.

— Если вы так сильно заняты, Тимур Каримович.

Заткнись, Яна. Господи, заткнись. Квартира… Квартира… Вдали от мамы. Нужно только потерпеть и слушать Багримова. Не жить же тебе с ним, в конце концов.

— Ладно, — отвечает Тимур ледяным тоном. — Сделайте запись к десяти, Варвара Степановна. Мы будем. Оба.

— Хорошо, — соглашается доктор. — К десяти так к десяти. Главное, чтобы не после обеда.

Мы выходим из клиники спустя десять минут.

Тимур быстро идёт по направлению к парковке, а я едва успеваю его нагонять сзади. Вспоминаю тот момент, когда искала его узнав о беременности. Как унижалась, поехав в ночной клуб его друга. Как мечтала о том, что он извинится за своё поведение и скажет, что в тот момент, когда выгонял меня, предлагая деньги, был не в себе, а совместный ребёнок всё исправит. Ничего подобного, конечно же, не было бы.

Рожала я одна, и никто, кроме Дианы и мамы, не встречал меня из роддома.

Родительница едва сдерживала раздражение, а медсестры сочувствующе кивали головами, узнав о моем статусе матери-одиночки.

Тимур открывает дверцу салона, и я запрыгиваю в него раньше, чем он успевает протянуть мне свою руку. Внутри невыносимо жарко, поэтому Багримов включает кондиционер и молча трогает с места.

— Возьмите, Яна, — протягивает мне конверт, не глядя назад. — Это ежемесячные выплаты.

— Спасибо, Тимур Каримович.

Забираю конверт, открываю сумочку и думаю о том, что смогу на днях купить дочери куклу.

Она давно хотела оригинальную коллекционную куклу Лол, а я всё время ей отказывала, потому что копила каждый рубль.

— Можно обращаться ко мне просто по имени, — неожиданно произносит Багримов.

Мы встречаемся взглядами в зеркале заднего вида, и я тут же отворачиваюсь в окно.

— Хорошо, Тимур."

"Мне кажется, что Багримов хочет сказать что-то ещё, но его прерывает звонок мобильного телефона.