Дело спящей красавицы (СИ)

 — Ну, или хотя бы прозвища?

Парень кивнул, и я спросил:

— И сколько вы хотите за эту информацию?

— Рупь, — быстро ответил приютский и поджал губы.

Фома нахмурился и открыл было рот, чтобы начать торговаться, но я только кивнул и достал из кармана купюру:

— Здесь рубль. Назовешь имена — и он твой.

При виде денег, глаза парней жадно загорелись. Фома недовольно покосился на меня, явно не одобряя подобного действия, и грозно предупредил приютских:

— Но ежели обманете…

— Даю честное слово, дядь, — поспешно ответил паренек.

— Ну, раз честное слово, — усмехнулся я. — То слушаем.

— Один огневик — Никита Борзов, который бойцовских собак за городом разводит. Мужик он не злой и нас обычно не обижает. Иногда даже дает монетки на баранки, — ответил долговязый, жадно глядя на купюры. — А второй друг его по приюту. Василий Тихонов. Второй не такой добрый. Ему лучше под ноги не попадаться. Может и пенделя отвесить.

Значит криомастер, которого нашли в той квартире, и был этим самым Тихоновым.

— Ну, держите.

Я протянул деньги пацану. И тот попытался было быстро схватить их, но в последнюю секунду я отдернул руку:

— А зачем искали не знаешь?

— Да проигрались они, — нетерпеливо выпалил парень. — Кому не знаю, да и узнавать не буду, барин.

Он насупился и взглянул на меня исподлобья:

— Они в притоне «Черной Сотни» играли. Но там лучше не вынюхивать. Дурное это место, барин. Ежели начнешь расспрашивать, то не ровен час, можно и без головы остаться. А мне, барин, голова еще нужна.

— Чтобы в нее есть, — буркнул второй парень, а третий выдал приятелю подзатыльник.

Я с равнодушным видом пожал плечами и отдал деньги подростку:

— Что же, жаль. Очень жаль. А то я мог бы еще заплатить.

Парень забрал купюру и свернул ее, чтобы сунуть за резинку носка.

— Уж простите, мастер, но и впрямь никто вам не скажет такого, ежели жизнь дорога. Токма мертвый скажет, но кто ж его услышит… — он осекся, видимо догадавшись, что некроманту как раз и услышит.

Потом довольно усмехнувшись парень снял кепку и отвесил поклон:

— Спасибо, господа хорошие.

— Пломбир… — хрипло напомнил ему второй парнишка.

— Вы обещали пломбир от лавочника на углу всем троим.

— Всем за мой счет только по порции сегодня. Скажите лавочнику, что я оплачу, — подтвердил Питерский.

Троица развернулась и, шаркая подошвами ботинок, неспешно покинула двор.