Дело спящей красавицы (СИ)

— Как так? — удивился Питерский. — Надо обязательно завести.

— Вот и отвези девушку в банк, чтобы оформить. В то отделение, где нас обслуживают. Только не бери при этом Ласточку. А то в банке решат, что лиходей прикатил."

"— Но не сегодня, — смутилась девушка. — У меня платье простецкое. Подумают еще в банке, что я какая-то… — она замолкла и потупилась.

— Они там по одежке встречают, — кивнул Фома. — Меня приняли за бандита.

— Как так? — удивилась Нечаева.

— Я был небрит, лохмат и одет в портовую робу.

— И это не повод считать человека недостойным, — строго прервала его Арина Родионовна.

— Они потом передумали, — успокоил ее Питерский. — И даже извинились.

Иришка придвинулась к помощнику и тоже смахнула с его плеча пылинку. После этого к ней на колени перебрался один из котов и принялся тереться о пальцы, требуя ласки.

Часы в гостиной пробили два раза, и мы с секретарем спохватились.

— Пора, — выпалила она, поднимаясь на ноги. — Спасибо за обед. Было очень вкусно.

— Благодарю, — тоже кивнул я.

— Рада, что все понравилось, — зарделась кухарка.

* * ** * *Прием прошел быстро. В основном, пришлось консультировать по рабочему кодексу, писать претензии, обосновывая нарушения прав обратившихся. И я очень надеялся, что фамилии Чехова рядом с подписью хватит, чтобы промышленник той или иной мануфактуры внял прошению и не доводил дело до суда.

Очередной посетитель вышел из моего кабинета в пять часов, и я довольно откинулся на спинку кресла. А затем достал из кармана блокнот, нашел имя собачника, который обнаружил мертвое тело.

— Слушаю, Чехов, — послышалось из динамика.

— Привет, Белова, — ответил я. — Можешь мне помочь?

— Не сомневалась, что ты звонишь мне исключительно из меркантильных побуждений, — вздохнула Алиса. — Ладно, что там у тебя?

— Никита Борзов, — ответил я. — Кто-то из ваших уже наверняка его допросил.

— И ты хочешь, чтобы я разболтала тебе следственную информацию? — уточнила Белова, и в ее голосе я услышал ехидство.

— Ну, ее и так мне пришлют, — невозмутимо ответил я. — Просто для общей картины.

В динамике послышался вздох:

— Ладно. Никита Борзов, бастард. Тридцать один год, бывший дружинник семьи Меньшиковых. Закончил контракт добровольно, теперь разводит и продает собак.

— А цвет силы не природный? — осторожно уточнил я.

— Нет, — удивленно ответила Белова. — Огневик. А что?

— Да так, — отмахнулся я.