Дело родовой чести

– Нет, – также коротко бросил советник, – говорите, что надо.

– Мы оба знаем, что мне нужен артефакт.

– Он вам бесполезен, маркиз. У лэри его нет. Так что она вам тоже бесполезна. Предлагаю вернуть лэри и договариваться предметно. И заметьте, пока я не отдаю приказ о магической блокаде вашего замка.

– О! Уже угрозы?

Маркиз откинулся на спинку кресла и вперил взгляд в Навию. Затем перевёл его на советника.

– Нет. Об освобождении лэри Редди не может быть и речи. Она ключ к артефакту. Так что будет ждать его появления у меня в гостях.

Навия посмотрела на Ташерега. Его лицо застыло каменной маской и только желваки перекатывались под кожей, показывая его еле сдерживаемую ярость. Она кивнула ему, как бы говоря, что всё в порядке, пусть не волнуется. Но его взгляд уже заметил и синяки, и истощённый, потрёпанный вид. Глаза герцога опасно сощурились и обратились теперь к маркизу.

– Хорошо.

– Докладывайте. Это ваша обязанность.

Кристалл погас и в кабинете установилась тишина. Навия пошевелила плечами, сбрасывая напряжение вынужденной позы, и обратилась к маркизу:

– Вам не на что надеяться, лорд Тривели. Как хранитель артефакта я могу сказать совершенно точно: он не признает вас, несмотря на то, что вы тоже сын короля.

Жёсткая пощёчина тут же отпечаталась на лице Навии, а голова резко мотнулась в сторону.

– Как смеешь ты, с*ка, обсуждать мою мать!

Вторая пощёчина и голова Навии мотнулась в другую сторону. «Зверь! Подлец! – вскипела Навия и лишь огромным усилием воли заставила себя промолчать. – Не-е -т! Это тебе с рук не сойдёт! Трон тебе надо?! А вот хрен тебе!» – ворвалось словечко из Васиного мира.

Внешне же Навия только вскинула гордо голову и, глядя маркизу в лицо повторила:

– Вам не на что надеяться.

Маркиз взревел и выскочил из кабинета, хлопнув дверью. Его советница встала и, подойдя к Навии вплотную, тихо спросила:

– Как живёт мой сын?

– Я сказала правду, графиня. Меня восемнадцать лет не было в столице, и я никогда не видела вашего сына после родов.