Дело оперское. Рокировка

 — Зашел, сразу за волосы меня схватил. При разговоре заикался, чего с ним раньше никогда не было… Животное!

— Он пришел один?

— Да, а с кем еще?

— Что-нибудь принес?

— Нет.

— Он пешком пришел? Или на машине?

— Пешком. Он сейчас на машине ездить боится. Хотя когда сильно надо, то гоняет на какой-то старой спортивке. Ну, еще на джипе Фиксы иногда…

— Он к тебе еще придет?

— Он постоянно ко мне приходит.

— Что же ты раньше молчала? Тогда, когда я тебя спрашивал? — вскипел Иван.

— Я боялась. И сейчас боюсь. Вдруг он меня просто убьет…

— А что, может?

— Мне кажется, что легко…

— Почему ты так думаешь?

— Ну он же этого, как его там, на даче замочил.

— Саню Лося?

— Да.

— Это он тебе сам сказал?

— Да.

— Пиши, — Иван придвинул к ней лист бумаги.

— Чего?

— Все, что сейчас ты нам сказала!

— Да это же мой смертный приговор!

— Не переживай, старуха. Я тебя буду защищать! — успокоил её Иван.

— Не буду, все равно. Он меня убьет…

— Пиши, что знаешь, — Иван подвинул к ней лист бумаги.

Это подействовало. Эльвира написала все, что от неё требовалось. Иван предупредил, что отныне на её квартире будет устроена засада на Слона. Эльвира только тяжело вздохнула."

"— Я думаю, ты понимаешь, что если будет какой-то прокол, то вот этот лист с твоим признанием увидит Макар или кто другой, и после этого этот лист действительно станет твоим смертным приговором.

— Я знала, что менты козлы, но чтобы до такой степени… — тихо констатировала Эльвира.

Её отвезли домой. Уже начало светать.

Юрьев зашел к Ларионову и увидел в кабинете Макара. У того было измученное лицо, и двое оперов розыска продолжали допрос:

— Все равно мы из тебя выбьем признание, — говорил при этом высокий широкоплечий опер, неуместно для данного обстоятельства одетый в строгий черный костюм и белую рубашку — тот, который нашел в туалете муляж взрывного устройства.

Вадим покачал головой:

— Придется признаться. Парни в розыске крутые… могут и на инвалидность перевести!

Макар взмолился:

— Вадим Петрович! Это же безобразие! В чем я виноват? Заберите меня от этих костоломов.

— Где Слон? — спросил без ответа Вадим.

— Не знаю. Где-то в городе…

— В чем у тебя были разногласия с Жиганом?

— Ни в чем.