Дело оперское. Рокировка

Принесли заключение экспертов: револьвер был исправен, смазан и, кроме того, отстрелянные из него пули имели такие же следы, как и на той, что достали из тела Лося. Иван радостно потирал руки.

Пантелеев все же прорвался в кабинет УБОП под руку с заместителем начальника ГОВД, который лично попросил «выслушать коллегу».

— Говори! — блатной интонацией обратился к адвокату Иван.

Тот помолчал, набрал в легкие воздуха и, наконец, выдавил из себя:

— Я не пойму в чем обвиняется мой подзащитный Дмитрий Козлов?

— Это Фикса, что ли?

— Это по вашему он «фикса», а для меня он законопослушный гражданин Козлов, который по вашему, пока еще ничем не подкрепленному мнению, совершил мнимое преступление.

— Как это «не подкрепленное мнение»? — удивился Иван. — У него изъято оружие, из которого был убит другой бандит — Лось. Или по-вашему — Александр Лосев.

— А почему вы думаете, что именно Козлов убил Лосева?

— Свидетельские показания.

— Чьи?

— Секретная до суда информация. Всё? До свидания! Вам туда!

Иван открыл дверь и указал рукой, куда нужно идти.

— Вы должны ответить еще на один вопрос… — начал было адвокат, но последнее слово он произнес перед разбитой табличкой с надписью «УБОП».

Только спровадили адвоката, как в дверь вошел Колесов — фигура в городе одиозная, влиятельная и неоднозначная. Бывший полковник, теперь он руководил одной из муниципальных служб города. Военной службой он был приучен только командовать и, причем жестко, не разбирая перед собой никакую другую личность, если эта личность была ниже его рангом.

— Закрыли, значит, Козлова? Чего это он такого натворил, а? Вам бы, товарищи офицеры, распоясавшееся хулиганье ловить, а вы дурью маетесь! Радуетесь, небось — крупного авторитета поймали! А вы посмотрите на наши подъезды — зайти невозможно, только и думаешь, что сейчас какой-нибудь наркоман из-за угла с ножом кинется… вот где работы не початый край!

Несколько лет назад полковник Колесов, будучи в должности начальника местного военного гарнизона, позволил приехавшим чеченцам выкупить котельную на территории части, которую те вскоре обнесли высоким забором и никого не впускали внутрь, кроме самого Колесова.