Дебютантка, или Брачный сезон

Кстати, это вовсе не означает, что Брачный Сезон отменят, – какая все-таки жалость! Вместо этого балы и приемы перенесут на более раннее время, чтобы все успели разъехаться по домам до наступления темноты.

Так вот, к чему я это веду.

Сегодня у нас «семейный день». Мы с Густавом собираемся провести это утро и пообедать с отцом.

Кстати, на обед приглашен ставший внезапно «добрым другом» нашей семьи промышленник Арнольд Штрассер из Шлесбурга. У отца с ним какие-то важные дела.

Судя по тому, что я слышала, к столу подадут двадцать пять новых видов сосисок и сарделек, которые он привез из Шлесбурга.

От обеда мне не отвертеться, но, слава Богам, после этого я буду свободна.

К тому же меня не станут сватать за Штрассера, потому что отец в курсе тех слухов, которые о нем ходят. Вести с ним дела это не помешает, зато как мой жених папу он совершенно не устраивает.

Это страшный человек, Кэрри, так что и ты держись от него подальше!

Говорят – я подсушивала, каюсь! – что он любитель причинять боль женщинам, но якобы делает это по обоюдному согласию и платит им за такое большие деньги.

Или же откупается от них сосисками.

В Виенне пока что на него никто не жаловался, но он приехал сюда со шлейфом слухов из Шлесбурга.

Не знаю, понимаешь ли ты, о чем идет речь, но девочки в пансионате болтали много разного. Например, о том, что есть мужчины, которые…

Густав опять заявился в мою комнату, словно она его собственная, и у меня не получается толком об этом написать.

В общем, у него ничего не получается с женщинами, пока он не начинает их бить, и только тогда у него с ними получается.

Зная о его склонностях, я вряд ли смогу насладиться шлесбургскими сардельками за обедом. Подозреваю, они застрянут у меня в горле».

Оторвавшись от письма Джорджи, я усмехнулась.

В целом, я представляла, о чем шла речь. В Истерброке у нас как-то появился… заезжий господин с подобного рода наклонностями. Но он быстро отбыл в неизвестном направлении после того, как несколько парней ему объяснили, что в нашем городке ему не место.

Оказалось, к этому времени тетя Розалин и Лорна успели спуститься в гостиную и теперь с кислым видом осматривали присланные мне цветы.