Давайте разведемся, Ваша Светлость! (СИ)

– Розовый бриллиант? Этот пройдоха действительно завладел им? – спросил отец, а я скрыла довольную улыбку за чашкой чая. Горло от волнения першило, потому я решила отпить немного напитка, выигрывая драгоценные секунды, на то, чтобы вернуть себе самообладание. Чувство было таким, точно я хожу по канату без страховки и любое неосторожное слово, могло опрокинуть меня в пропасть.

– Одна благородная дама обмолвилась об этом. Прибегать к помощи мужа и выяснять через него я не решилась, и направилась сама в это «логово», – печально вздохнула я.

– Встретившись с «этим человеком», я удостоверилась в его порочности и невоспитанности, – пожаловалась я, заметив довольную улыбку на лице отца. – Этот грубиян не только не имеет достойного воспитания, но даже элементарных манер. Он нагрубил мне и, как теперь очевидно, пустил этот слух о моем приходе, чтобы досадить вам!

– Ты видела этот бриллиант? – внезапно спросил отец. Я удивилась, но кивнула, а отец с досадой поджал губы. Видимо, его гордость действительно страдала от того, что Фуше опередил его в том, до чего не смог дотянуться Гарро.

И розовый бриллиант – оказался таким больным местом. – Что он потребовал у тебя за него? – внезапно подозрительно нахмурился отец. Это также удивило и заставило насторожиться. Сейчас нужно быть куда более осторожной. Очевидно, что речь внезапно коснулась какой-то болезненной темы.

– Он отказался называть цену. Просто сказал, что не станет обсуждать данный вопрос с дочерью знаменитого Гарро и ни за какие деньги не отдаст нашей семье это украшение.

– Это все? – подался отец вперед, вперив в меня пристальный взгляд, а я стала осознавать причину его поведения! Точно! Насколько я помню, вчера должен был быть рейд с обыском загородного поместья Фуше, где были бы найдены компрометирующие документы. Я совсем забыла. Но, судя по поведению и настроению отца, что-то явно пошло не так. Значит, Виктор воспользовался моей подсказкой и избежал ложных обвинений, потому отец сейчас негодует.

Но, неужели он подозревает в этом меня? Как бы, по его мнению, я могла раздобыть подобную информацию? В прошлой жизни я узнала о ней лишь из газет и сплетен, и лишь спустя несколько месяцев после ареста Виктора случайно услышала из неосторожно оброненных слов отца, что это – его рук дело.

– Все, – кивнула я и вновь потупилась, чтобы сказать: – Мне так стыдно перед вами, отец. Я не должна была заниматься этим в одиночку и спросить совета у вас.