Давайте разведемся, Ваша Светлость! (СИ)

Не обращается ко мне по имени даже наедине, к остальным также вежлива и в меру приветлива, потому не дала и шанса к ней придраться даже при желании.

Фух, хоть на одну головную боль меньше. Хоть неловко и непривычно слышать столь уважительные речи от Дафни, которая даже в младенчестве имела довольно бойкий и скверный характер.

Я кисло улыбнулась и тоскливо посмотрела в окно, заметив промелькнувшую фигуру герцога, который направлялся в административные постройки. После сегодняшнего завтрака, на который он внезапно заявился, я так и осталась голодной.

– Бухгалтерия допустила ошибку в ваших пособиях. Я заметил это слишком поздно. Это полностью моя вина, за которую я приношу свои искренние извинения, – произнес он спокойно, отчего я практически захлебнулась водой, которую из вежливости потягивала, раз аппетита не было, а выходить из-за стола сразу по приходе супруга было неприлично.

Услышав это, я отставила и стакан. К отсутствию аппетита меня еще и замутило.

«Ошибка бухгалтерии, говоришь? – мысленно усмехнулась я, смотря в свою тарелку, чтобы справиться с эмоциями. – Он меня совсем за дуру принимает?»

– Вот как? Благодарю за беспокойство и «своевременное» вмешательство, Ваша Светлость. Я рада, что недоразумение разрешилось. Надеюсь, виновный осознает свою ошибку и справедливо понесет ответственность, – проронила я безлико, прекрасно зная, что герцог прекрасно понял, что мне известна правда, а так же уловил всю иронию моих слов.

– Ария… – произнес он, а я напряглась всем телом, точно меня кипятком ошпарило.

«Я ослышалась? За все три я слышала свое имя, произнесенное герцогом, лишь однажды. А теперь, увеличив мне жалование, он думает, что имеет право обращаться ко мне подобным образом? Так, словно ничего не было?»

– Мадам, – прочистив горло, понизил он голос, исправившись.

Я молча посмотрела на практически нетронутую тарелку, а затем холодно произнесла:

– У меня пропал аппетит. Возможно, прогулка сможет это исправить.

– Вы вновь отправляетесь в город? – задержал он меня очередным вопросом, чем начал раздражать.