Чертовски неправильный номер

 – Поздравляю, мы официально лишились телефонной девственности.

Я в ответ фыркнула, и он засмеялся.

В этот момент неподалеку раздались шаги. Я оглянулась, заметила появившуюся из-за угла тень, и у меня вновь перехватило дыхание. Я побежала по улице легкой трусцой.

– Монро, ты в порядке? – спросил Линкольн, и легкость его интонации испарилась.

Я снова развернулась и увидела, что за мной шла всего лишь пожилая женщина с пакетом продуктов.

– Не знаю, почему я так напугана. Я веду себя нелепо.

– Нет, лучше перестраховаться, чем потом сожалеть.

Вопреки возмущению, я засмеялась.

– Правда, странно? Кто вообще так делает?

– Наверное, отчаявшиеся мужчины совершают отчаянные поступки, – пробормотал Линкольн, и в его словах засквозила тьма, а, может, просто разыгралось воображение после всего, что пришлось вынести этим вечером.

– Отвлеки меня. Расскажи какую-нибудь забавную историю, – попросила я, в очередной раз не узнавая себя во время общения с этим человеком.

– Хм-м-м, забавную историю…

До жилого комплекса оставалось всего три квартала, и сердцебиение наконец пришло в норму. Еще немного, и я вернусь в свою квартиру.

– Ну, однажды я потерял сознание. Меня отвезли в больницу и одели в классический больничный халат, который завязывается сзади. Очнувшись, я встал с больничной койки, все еще не придя в себя до конца, и решил, что ткань халата меня царапает.

Я хихикнула, представив эту картину.

– Уверена, ты произвел неизгладимое впечатление на медсестер, – ухмыльнулась я.

– О, без сомнения. Думаю, они придумали немало поводов, чтобы продержать меня в больнице еще недельку после того, как увидели семейное наследство.

– Еще бы. Особенно, если у тебя уж тогда был такой пресс.

– Ну уж нет. Их явно поразили именно мои старые морщинистые яйца, – поддразнил меня Линкольн.

Я поднесла ладонь к губам и кончиками пальцев провела по расплывшейся на лице улыбке. За девятнадцать лет, проведенных на этой земле, самой привычной для меня эмоцией стала… печаль. Даже будучи маленькой, я не относилась к тем детям, которые беззаботно хохочут вместе с друзьями.