Чёрно-белый танец

Андрей…, - Даша хотела что-то сказать, но передумала. — Мне сейчас не о нем следует думать. Мне надо решать свои проблемы.

— Вот пусть он тебе и поможет их решить! А что, Дашка, это выход! — радостно воскликнула Лена, и неожиданно услышала в ответ решительное:

— Нет.

— То есть как это нет? Ты о чем?

Даша прикрыла глаза:

— Ленок, я потом тебе всё объясню, ладно?

Та недовольно проворчала:

— Ну, как знаешь. Ты когда собираешься возвращаться в Москву?

— Недели через полторы, две, не раньше.

Они попрощались. Даша решила немного прогуляться.

— Ты куда-то собралась?

— Да, хочу прогуляться. Погода стоит хорошая, грех просиживать такие деньки дома, — Даша старалась казаться беззаботной. Достаточно Андрею видеть её в плохом настроении и с мокрыми глазами.

Андрей согласно кивнул.

— Да, — сказал он как-то неопределенно.

— Что-то случилось? — сразу же насторожилась Даша. Она была готова к любым неприятностям. Ещё немного, и она к ним привыкнет!

— Да не пугайся ты так, ничего не случилось. А то насторожилась, ушки навострила…. Я пришёл сказать, что уезжаю. Моё присутствие срочно требуется в Москве.

— Но ты же…., - начала говорить Даша, но потом сама себя оборвала. Что она могла сказать? Что не хочет, чтобы он уезжал? Заявление Андрея застало её врасплох.

Андрей подошёл к ней, взял её за плечи и заставил приподнять лицо.

— Я не хочу сейчас уезжать и оставлять тебя одну, — прерывисто сказал он. — Но в данном случае обстоятельства играют против моих желаний.

— Андрей, всё нормально, — Даша не хотела, чтобы он видел, как она расстроилась из-за его предполагаемого отъезда. Даша сама была удивлена своей реакцией. И это её не порадовало. Сердечные волнения ей сейчас нужны меньше всего.

— Я так не думаю, но об этом мы с тобой поговорим потом.

Даша хотела сказать, что, возможно, потом им и не о чем будет разговаривать, но передумала.

— Даша, — позвал её мужчина.

— Что?

— Я хочу, чтобы ты знала одну вещь. То, что произошло между нами прошлой ночью для меня не мимолетное сексуальное увлечение, — он говорил тихо, тщательно проговаривая каждое слово.