Черный код

Я все время потела, как будто у меня началась менопауза или еще какая-нибудь женская гадость. А шея болела от того, что слишком часто приходилось спать, положив голову на чемоданчик.

Хорошо хоть, что там сейчас нет Неудачника. Иначе как бы я рассказала о нем Дааку?

Кстати, а где Даак? Я резко села на постели.

Стул был пуст. Тумбочка оказалась на прежнем месте. Дверь оставалась запертой. В ванной Лойла, кажется, тоже не было.

Сперва я почувствовала облегчение от того, что он не видел, как я металась во сне.

А потом ярость.

Эта сволочь оставила меня одну, беззащитную! Если Кабал захотят отмочить его в маринаде, поджарить и подать с гарниром, я буду только рада.

Я подскочила к окну, прихватив чемоданчик.

Даак стоял внизу и разговаривал с каким-то карликом. Протянул ему что-то, потом направился обратно в отель.

Тогда я уселась на стул и достала пистолеты.

Он осторожно вошел в номер и поставил тумбочку на место.

— У тебя объявились дружки? — спросила я.

Даак подпрыгнул, потом разглядел меня в темноте.

— Перриш…

— А что, ты оставил еще кого-то беззащитной?

— Это ты-то беззащитная? — ухмыльнулся он и потер глаз. — Я тряс тебя, но ты не проснулась. А меня ждало кое-что важное.

— Что?

— Дело.

— Здесь, в Мо-Вае? — спросила я.

— Если мы собираемся найти Лизу Тулу, то должны добывать информацию, а не терять время даром. Я встретил на своей территории торговку, которая сказала, что видела Мэй и Тулу. И тогда я отправился вслед за тобой.

— Какую торговку? — спросила я.

— Откуда ты знаешь? — Даак удивленно посмотрел на меня.

— Не важно. Сколько она с тебя содрала?

— Содрала? — переспросил он. — За что? Она сказала мне все просто так.

Я почувствовала неожиданный прилив ярости.

— Зачем ты сюда поперся, Лойл? Неужели только ради Мэй и Столовского?

— Прежде всего, ради тебя. — Он опустился на край кровати.

— Мне нужно отыскать Тулу, чтобы уладить свои дела.

— А кто твой наниматель? — спросил Даак.

— Это профессиональная тайна.

Я пристально посмотрела на него. Свет неоновой вывески делал его лицо полосатым. Может быть, от усталости, а может быть, от фанатизма, оно стало менее привлекательным.

— Тулу известный медиум. Я собирался с ее помощью избавить тебя от Эскаалима.