Черное и черное

На этот раз его нарушил он:

— Ты хорошо говоришь.

— Я научилась.

— Где? Ты жила в городе?

— На окраине.

— Одна?

— Нет. У меня была семья.

— Вот как, — рыцарь почувствовал, как будто его укололи чем-то холодным где то глубоко внутри. И подумал, что если у нее был муж, то зачем ей нужен был он, и как она объясняла мужу это, и ее долгую отлучку, пока была с Ульрихом?

— Твой муж жив?

— Какой муж?

— Твой.

— У меня нет мужа.

— Значит, он мертв?

— Я никогда не была замужем.

— Ты жила с ним без церковного благословения?

— С кем?

— С мужчиной на окраине.

— С каким? Там было много мужчин.

От неожиданности он чуть не потерял равновесия.

— У тебя было там много мужчин?

Она удивленно развернулась к нему, почти коснувшись его лица своей кожей, и посмотрела на него широко открытыми золотыми глазами. Потом ее взгляд как-то неуловимо выразил ее подозрение в том, что Ульрих идиот, но продержалось оно всего мгновение, после этого исчезло, сменившись выражением какой-то душевной усталости, и она разочаровано отвернулась.

— Ни одного. Ни там, ни где бы то ни было еще под этим небом. В этом мире у меня был только один мужчина. И ты знаешь, где и кто он.

— И это совершенно не твое дело. Но, выслушивать твои дальнейшие допросы по этому поводу у меня сегодня нет настроения, — закончила она.

Он не мог объяснить, почему ее слова, пусть и сказанные так оскорбительно, согрели его сердце. И он им верил. И доверчивым человеком он не был.

Он все же спросил, чтобы развеять последние сомнения:

— А как же твоя семья?

— Они просто моя семья. Дети и старики.

— Твои дети?

— Нет, — и добавила, предвосхищая новый вопрос — У меня нет детей. И никогда не было.

Он все-таки задал его, но уже другой:

— Ты ждала меня на дороге, когда мы встретились в первый раз?

Она горько усмехнулась.

— Если бы я тогда знала, что встречу там именно тебя, я бы не пошла по этой дороге.

Так влюблена она в меня или нет, — никак не мог решить Ульрих.

— Ты говорил с Ульрике. — вдруг сказала она.

— Почему ты так решила?

— Потому что я с ней говорила. И вопросы, которые ты сейчас задаешь, заставляют принять такое решение.

Значит, все-таки эта маленькая лгунья все придумала, с досадой подумал рыцарь.