Черная ведьма в Академии драконов

– Ну знаете… – Я изобразила праведный гнев.

Да что гнев, я была готова сыграть любые чувства, лишь бы уйти от щекотливой темы меты.

Дракончик, от которого все отвлеклись, изловчился и цапнул-таки узурпатора его свободы за палец. Полуэльф непроизвольно разжал руку, и мелкий получил долгожданную свободу.

Я молилась демонам бездны лишь об одном: чтобы этот лазурный паршивец не полетел сейчас ко мне. И то ли я исчерпала запас неприятностей на сегодня, то ли эта мелочь из исключительной вредности решила меня проигнорировать, но опустилась она на плечо Гарда.

Я выдохнула. А потом решила, что, раз мне повезло, надо ловить удачу за хвост, крылья, клюв, лапы и тянуть к себе. Потому и заявила:

– На тренировку – только после столовки! Ибо если я не поем, то все. Конец. Причем всем и сразу.

На такой ультиматум полуэльф мученически вздохнул, брюнетистый Икстли закатил глаза, его сестра не сдержала улыбки, Урилл хмыкнул, а здоровяк Вронг рассмеялся. Пепельный, гладя по голове лазурного, лишь фыркнул.

Да, Гард знал причину моей диеты.

– Ну, раз адептка Блеквуд настаивает… – задумчиво начал Ромирэль."

"– Я тоже с удовольствием перекушу, – подхватил Урилл и многозначительно добавил: – К тому же сегодня в столовой борщ.

При этих словах я неожиданно для себя покраснела, вспомнив о том, как совсем недавно был обворован доблестный адепт (он же – первая язва академии).

– И я не прочь пообедать, – пробасил Вронг.

По надменному лицу Икстли было видно, что он к трапезе приобщиться не желает…

Спустя совсем недолгое время я убедилась, что корчивший брезгливую мину аристократ был еще как голоден. Во всяком случае, от супа, каши и компота он нос не воротил, а ел весьма шустро. Причем делал это, строго следуя правилам этикета: нож держал в правой руке, а окружающих – в страхе. Хейм так сверкал глазами в адептов, которые проходили мимо стола, что юные маги торопились обогнуть нашу шестерку по широкой дуге.

Так было обронено три подноса, расквашен один нос и опечалена целая прорва девиц, пытавшихся состроить глазки брюнету.

Даже Йола не выдержала:

– Хейм, перестань злиться и испепелять взглядом всех и каждого! Ты же ф… – Девушка замолчала, словно в последний момент успела поймать слово, уже почти слетевшее с языка, и тут же исправилась: – В конце концов, ты эмпат и должен всегда держать себя в руках.

Тоже мне эмпат.