Череп под кожей

Рыбаки развернулись и уплыли домой, и море растянулось перед ними в безмолвном спокойствии. Лишь два полицейских катера тихо бились о пристань, а гладкие кирпичные стены и башни замка, на мгновение осветившиеся ярко-красным заревом, потемнели и нависли над ними, массивные и зловещие."

"Когда они проходили по большому холлу, замок встретил их странной тишиной. Где-то наверху полицейские проводили свои секретные процедуры, связанные со смертью. Сэр Джордж либо находился на допросе, либо сидел с Саймоном у него в комнате.

Никто, похоже, ничего не знал наверняка, да и не хотел спрашивать. В ожидании официального допроса они, как и договорились, вчетвером отправились в библиотеку. Возможно, в гостиной им было бы удобнее, но тут по крайней мере было достаточно материала для тех, кто притворялся, будто хочет почитать. Айво занял единственное большое кресло и откинулся на спинку, уставившись в потолок и вытянув длинные ноги. Корделия сидела у стола и медленно листала переплетенные экземпляры «Иллюстрейтед Лондон ньюс» за 1876 год. Эмброуз стоял к ним спиной и смотрел на газон. Больше всех волновалась Роума – она вышагивала между книжными полками, как заключенный на обязательных работах. Все испытали облегчение, когда Мунтер с женой принесли чай – тяжелый серебряный заварочный чайник, медный чайник с кипятком и чайный сервиз фабрики Минтона. Мунтер задернул занавески на высоких окнах и зажег свечи. Огонь с треском ожил. Как ни парадоксально, в библиотеке тут же стало уютнее, но гнетущее впечатление усилилось, как будто они были заперты в ее затененной изолированной безмятежности. Всем хотелось пить. Ни у кого не было аппетита, но с тех пор как нашли тело, они мечтали о крепком чае или кофе, который одновременно успокаивает и бодрит. Все взялись за чашки и блюдца, потому что хотели занять себя хоть чем-нибудь. Эмброуз уселся подле Корделии. Помешивая чай, он сказал:

– Айво, вы в курсе всех лондонских слухов. Расскажите нам об этом человеке – Грогане.

Признаюсь, при первой встрече он мне не понравился.

– Никто не в курсе всех лондонских слухов. Лондон, как вам прекрасно известно, представляет собой целое собрание поселений, которые различаются с социальной, профессиональной и географической точек зрения. Однако театральные и полицейские слухи изредка пересекаются. Между актерами и детективами есть некое родство, как между актерами и хирургами.

– Избавьте нас от прослушивания вашей диссертации.