Чехов. Книга 3

 — Потому что у этого же монаха бомбист украл и личину.

Как тесен Петроград

— Значит, нам нужен список монахов, которые были зарегистрированы в Синоде, — пробормотал Константин. — Стоит допросить их всех.

— Допрашивать не обязательно, — возразил я. — Бомбист уже скрылся. Его просто не будет в колонне. Надобно найти список и узнать, кто из монахов вернулся в монастырь, а кто потерялся…

— Тоже верно, — одобрил мою идею кустодий.

Зимин хитро улыбнулся и обернулся в сторону парка:

— Мастер Иванов, можете уделить нам минутку своего внимания?

Жандарм, который до этого момента с грустным лицом бродил неподалеку от входа в парк, изображая видимость работы, мигом развернулся и с готовностью направился к нам.

— Слушаю, мастера кустодии, — произнес он, едва только поравнявшись с нами.

— Поиски в парке, скорее всего, не имеют смысла, — заявил Стас. — Можете отозвать группу. И ещё: вы говорили, что окончили юридический лицей.

— С отличием, — подтвердил сияющий как лампочка Иванов, и Зимин довольно кивнул:

— Великолепно.

— Будет сделано, — ответил жандарм и направился к собору святого Петра.

— Ну вот, — довольно заключил Зимин, глядя вслед удаляющемуся следователю. — И самим идти не надо. А этот Иванов умеет хорошо служить когда нужно.

Я покачал головой. Спасибо за то, что Стас не сказал, кому принадлежала идея. Зачем давать бастарду семьи Шуйских лишний повод для ненависти?

— И то верно, — согласился Константин.

"Мы вернулись в павильон, где нас встречал перепуганный распорядитель. Очевидно, что парнишка уже знал, кто пожаловал в кафе. И был не очень-то рад этому факту. Но сумел изобразить благожелательное выражение на лице.

— Там нужен целый стол, — обратился к нему Зимин.

— Обязательно, — поправил напарника Константин.

Администратор кивнул и указал в дальний угол кафе:

— Там, мастера кустодии, — произнес он. — Идемте, я вас провожу.

Он направился вглубь павильона, и мы последовали за ним.

Нам достался самый дальний стол, который выбрал Зимин. Администратор не стал спорить. Он ловко отодвинул кадку с высоким до самого потолка деревом, которое чудом не пострадало при взрыве.