Частный визит в Париж

Убийца заколол его ножом, осторожно затащил тело в подвал, быстро переоделся в его куртку, взял ключи от его машины и ушел… Вам не показалось, что человек, которого вы приняли за вашего дядю, чем-то от него отличается? Тоньше, толще, выше, ниже?

– Сожалею… Мне и в голову не могло прийти, что это не дядя… Ничего такого я не заметил, что мне подсказало бы, что это не он. Но ведь я дядю видел первый раз в жизни… И куртка у него такая объемная…

– То-то и оно. Одно можно прикинуть: убийца примерно ростом с Арно.

Но беда в том, что Арно самого что ни на есть среднего роста, а из «примерно» много не выжмешь… Потом он спокойненько припарковал машину там, где мы ее нашли, добрался до своего дома, а ночью или на следующий день вернулся на место убийства и вывез тело. Которое где-то спрятал, а где – не знаем. Вот так… Какие будем делать выводы, Максим? Как любитель детективов, что скажете?

– Да, какие будем делать выводы? – спокойно произнесла Соня, входя в комнату с подносом с кофе.

Она была белой, как церковная свеча, но глаза смотрели прямо и голос ее был ровным.

Максим смотрел на нее с восхищением. Она, безусловно, владела собой, своими чувствами – не первый раз у Максима была возможность в этом убедиться… Или – научилась не растрачивать себя на эмоции? Охранять себя от переживаний? Преуспела в борьбе за свой покой? Бедная девочка, она не знает, как это опасно. Она не знает, что лет через десять, когда она достигнет возраста Максима, ей не с чем будет бороться: подавляемые регулярно, чувства просто исчезнут, и она будет воспринимать мир как под анестезией… Но дай бог, чтобы он был не прав…

Он перевел глаза на Реми, который в свою очередь, заметив невероятную бледность Сони, смотрел на нее с ужасом, и уже наверняка коря и проклиная себя за бестактность.

Максиму повышенная чувствительность Реми к Сониным чарам показалась вдруг смешной и даже вызвала легкое раздражение – себя ли увидел в подобной роли и ролью этой остался недоволен?

Как бы то ни было, он поспешил сделать вид, что не заметил ни бледности Сони, ни ужаса Реми, и продолжал как ни в чем не бывало:

– Выводы? Во-первых, убийца знал заранее место съемок.

Во-вторых, он знал содержание сцены и режиссерский план. Из чего следует, что это близкий к Арно человек, или близкий к Вадиму человек, или близкий знакомый близкого человека. Надо искать тех, кто был столь хорошо осведомлен. Ты, например, знала, Соня?

– Знала.