Бывший муж. Я к тебе не вернусь

Ее здравые слова привели меня в чувства: всегда лучше заявить самой, Полина Михайловна, чтобы потом, когда мой сын…начнет вытворять вещи еще более безумные, ты не осталась с носом.

Что это значит? Перевожу: когда Ян начнет выводить свою псину на прогулку в высшее общество, а он начнет, судя по тому, что позволяет себе целоваться с ней в ресторане средь белого дня, лучше чтобы первое слово сказала обманутая женщина. Так для нее же будет проще. Так она сохранит подобие «лица». И да, конечно, я понимаю, что сейчас не то время, когда нужно думать о том, что скажут про тебя другие, но с другой стороны, когда настанет это время, если не сейчас? Последнее, что мне нужно для восстановления — чтобы у меня за спиной начали шептаться и обсуждать, на кого меня променял супруг.

Нет, это слишком унизительно и больно, поэтому я сразу согласилась на фотосессию и интервью, которое выходит сегодня.

Вот для него это неожиданностью будет, конечно…

Что-то мстительное в моей груди улыбается, пока я собираю вещи в коробки.

Два дня назад наш семейный адвокат уведомил меня, что приступил к оформлению дарственной на дом, машину и счет, так что откладывать это дело я тоже не собираюсь. Витка уже нашла нам квартиру на Патриарших прудах, которую пока мы будем снимать. Не хочу оставаться в этом доме дольше, чем это необходимо. Я уже по нему скучаю…господи, как я по нему скучаю.

Так бесит!

Ян поступил со мной так подло, а я по нему скучаю…поздравляю, Полина Михайловна, у вас явно что-то с головой.

И настроением. Меня бросает из одной крайности в другую, и я совершенно не могу сдерживать свои эмоции, но это ничего. Полагаю, маской ты платишь за развод, и это временно. Когда все уляжется, когда я окончательно смирюсь с тем, как повернулась моя жизнь, и что мой муж оказался обыкновенным козлом — тогда станет легче.

А пока, Поля, собирай вещи и все. Просто ни о чем не думай…

Я и не думаю. Стараюсь, по крайней мере. Вита вместе с мальчиками уехала за завтраком — мне захотелось гадости из Макдональдса.

А я бережно заворачиваю свой лучший фарфор в упаковку и складываю его в коробки, которые потом переедут в отдельную комнату, чтобы не мешать просмотрам.

Жалею ли я? Если так подумать. Ну, холодной головой, которой у меня сейчас, конечно же, нет, но можно представить, если прикрыть глаза и дышать глубоко.

Итак. Жалею ли я, что скоро этот дом уже не будет моим? Да нет, если честно. Не жалею. Правда. Все-таки этот дом моим так и не стал.