Бывший моей сестры, или Письма монстру

Мягкий холодный свет луны и свежий ветерок ласкали наши опаленные страстью тела, листва на тонких ивовых прутьях звенела, вторя тихим стонам. Эта ночь и это место должны стать свидетелями нашей страсти.

- Здесь очень мягкая трава, - выдаю едва слышно.

- Мэнкс… - сквозь зубы. – Ты играешь с огнем.

- Я не обожгусь.

- Маленькая, скажи, чтобы я проваливал, потому что у меня нет сил, оторваться от тебя, - так сильно сжимает меня в объятиях, что даже становится больно.

- Я не хочу, чтобы ты уходил, - чуть смелее, заглядывая в глаза.

Мне хочется принадлежать Демиду. Пусть у нас будет только эта ночь, я не откажусь. Если завтра нужно будет уйти, я уйду…

- Яна… - со стоном. Подхватывает меня и несет под ветви деревьев, опускает на мягкий ковер из травы. – Мэнкс, только эта ночь, второй может не быть, - честно предупреждает. - Не хочу, чтобы ты во мне разочаровалась, нежно целуя лицо.

- Этого не будет, я все понимаю, Демид, - скрывая боль в голосе.

Не знаю, что происходит в его жизни, но чувствую, Громову нелегко.

Не все так просто, как кажется на первый взгляд. Если Демид не рассказывает, значит, не доверяет или не хочет волновать. Но есть ощущение, что с Лианой он связался не по любви.

- Мэнкс, если передумаешь, предупреди в любой момент, я остановлюсь, - серьезно предупреждает, ждет, что я кивну, накрывает мои губы поцелуем.

Не остановлю…

Дрожу в предвкушении. Он освобождает меня от одежды. Демид страстно целует каждый участок тела, не пропускает даже те, которые я сама стеснялась ласкать.

Стоны срываются с губ и эхом разносятся над озером. Мои пальцы сжимают сильные тугие мышцы плеч. В какой-то миг, чтобы перебороть кратковременную боль впиваюсь ноготками в его кожу, наверняка оставляя на ней следы. Демид дает мне время привыкнуть к себе.

- Мэнкс, прости. Моя смелая красивая девочка. Прости, забылся. Я теряю от тебя голову. Как же хорошо… - он говорит нежности, комплименты, целует мое лицо, губы…

Все начинается заново. Еще ярче, еще острее.

По мне проходится дрожь, пальчики на ногах поджимаются. Каждый нерв вибрирует на запредельной частоте, я срываюсь и куда-то улетаю…

Время будто остановилось. Мы молчали. Мне было хорошо, а Громов о чем-то думал, не мешала, я просто нежилась в его объятиях. На небе забрезжили первые лучи рассвета.

Глава 12

Яна

- Мэнкс, тебе пора возвращаться в номер…

Наступило утро… и сказка закончилась. Мы оделись, не нарушая предрассветной тишины.