Бывший моей сестры, или Письма монстру

Привык к хорошей жизни,

понимаешь, привык жить в достатке.

- Ты меня предал.

- А если бы тебе пришлось выбирать между Яной и мной, ты бы кого выбрал? Друга? Хрен там!

- Я бы тебе сказал глядя в глаза. Я давал тебе шанс, хотя закапать хотел давно.

- За что? За то, что я выбрал не твою счастливую жизнь с девушкой, которая мне, кстати, нравилась, а свою?

- За то, что кусок дерьма, Беликов!

- Если ты меня убьешь, что скажет Яна? – выбросил он, словно это был последний припрятанный им козырь.

Опустил пистолет, но буря гнева разрывала, поэтому направил ее на бывшего друга.

Ключи от квартиры Игнат забрал у Сергея. Ребята Эльдара того немного помяли, но синяки и ушибы скоро пройдут. Друг почти полностью восстановился и приступил к своим прямым обязанностям – охрана Яны. Часы, когда мы не могли ее найти, казались вечностью. В последнюю очередь я мог подумать, что она вернулась к матери, но теперь хоть спокоен, что она не одна, есть кому присмотреть, хоть и не доверяю этой женщине.

Когда вернулся в Москву, узнал, что Эльдар уехал отдыхать. Испугался… Так даже лучше. Мог просто убить, а теперь я начну мстить. Медленно уничтожая все, что ему дорого. Он не воспринял всерьез мою угрозу, теперь узнает, сколько процентов его генов есть во мне. Я тоже могу быть безжалостным, к человеку, в котором течет та же кровь, что во мне…

Глава 20

Яна

- Принести тебе еще мороженого? – спросил меня Сергей, выражение лица серьезное, но в голосе слышится улыбка.

Мы сидели в парке на лавочке. Устав гулять, присели отдохнуть. Вряд ли Майков требовался перерыв после неспешной ходьбы, но он выбора у него не оставалось.

После того, как я попала в больницу, он сразу после врача оказался в палате. Я попросила его ни о чем не сообщать Демиду. Мне было страшно потерять ребенка, а любые сильные эмоции могли усугубить положение. Майков понял и впервые, наверное, не доложил Громову.

- Зачем тебе этот ребенок, Яна? От кого он, ты хоть знаешь? Избавься… - у меня в глазах потемнело от ее слов. Майков взял грубо ее за руку и холодно произнес:

- Пойдемте со мной…

Не знаю, что он сказал маме, но больше она против моего ребенка ничего не говорила.