Измена генерала (СИ)

Громкий хлопок оглушает, в ушах звенит, но отдачи я почти не чувствую — Дима слишком крепко держит мои руки.

— Я не буду оправдываться, — его голос прорывается сквозь звон, но все же я могу разобрать слова. — И просить прощения тоже не буду. Слова ничего не значат.

Закрываю глаза. Не хочу слышать. Не могу… Но и остановить его не могу…

Дима забирает пистолет, перезаряжает его, а я так и стою на месте, не шевелясь. На этот раз даже не вздрагиваю, когда чувствую, как он снова обхватывает меня и вкладывает мне в ладони пистолет.

— Знаю, что мои действия причинили тебе боль, просто я не догадывался, что настолько сильную. Ты же знаешь, что я не особо чувствительный человек, — Дима сильнее сжимает мои руки и сам наводит пистолет. — Стреляй!

Глаза сами распахиваются, и я нажимаю на спусковой крючок. Мне уже все равно, куда попаду, лишь бы это поскорее закончилось. Но Дима, кажется, не собирается останавливаться.

— Молодец, — он усмехается мне в ухо, прежде чем отойти от меня. — Давай сама.

— Дима, — я не двигаюсь.

— Стреляй, Ева, — он заводит руки за спину и смотрит на мишень.

Да, блин!

Я поворачиваюсь лицом к стене, смотрю на мишень и стреляю сразу несколько раз. Даже не пытаюсь рассмотреть, куда попала, потому что знаю, что прямо в центр.

— Ты что-то от меня скрывала? — брови Димы медленно ползут вверх. — Мне стоит беспокоится за свой зад?

— Ты забыл, кто мой отец? — намеренно игнорирую последний вопрос, как бы мне не хотелось сделать мужу больно, стрелять я в него не собираюсь.

— Такое забудешь, — Дима поворачивается ко мне и, наконец, смотрит мне прямо в глаза. Тьма в его глазах завораживает. Хочется, как раньше, потеряться в ней, но что-то держит меня снаружи. Будто между нами появился барьер. — Дай мне две недели. Я заключу сделку с шейхом, а потом отпущу тебя… если захочешь.

Глава 15

Ты когда-то любил меня?

Вопрос, который я так и не задала. Он мучает меня последние несколько дней. Даже то, что я знаю ответ, не помогает. Всегда есть «а вдруг», но потом вспоминаю, что папа отдал меня Диме и надежда испаряется, а через какое-то время вновь возрождается.

Дима, как и обещал, после полигона вернул меня в дом своих родителей — к Лизе и шейху. Сам внутрь не зашел. Он вообще старался не смотреть на дом. Просто попросил меня встретиться через несколько дней. Не знаю, почему я согласилась. Ведь знала, что условие «помоги мне с шейхом, и я тебя отпущу» единого яйца не стоит. Дима не смог бы меня удержать, даже если бы захотел.