Измена генерала (СИ)

— Я сейчас позову врача.

Медсестра быстро разворачивается и почти добегает до двери, когда я ее окликаю:

— Подождите, — голос хриплый, но этого достаточно, чтобы девушка замерла. — А что… что с ребенком?

Я лежу в кровати и толком пошевелиться не могу. Чувствую холод, сковывающий тело.

— Я позову врача, он все объяснит, — медсестра даже не оборачивается, прежде чем выбежать из палаты, как пуля.

А у меня желудок ухает вниз.

Нет. Нет. Этого не может быть.

Поднимаю слабую, дрожащую руку и кладу ее на живот.

Малыш…

Я даже толком осознать ничего не успеваю, как дверь снова открывается. На пороге вместо желанного врача с ответами появляется Дима. На нем черные спортивные штаны, такого же цвета футболка, волосы влажные, в руках еще одна ваза с розами.

Он не сразу замечает, что я наблюдаю за ним. Проходит в комнату и где-то посередине замирает, когда видит мой взгляд, направленный на него.

Я никогда не видела, чтобы человек двигался так быстро.

Раз, и Дима оказывается возле кровати, ставит цветы на тумбочку возле нее и же тут же сжимает мои пальцы, лежащие на животе.

Вглядывается мне в глаза. Он будто хочет найти там ответы о моем состоянии, но об этом может сказать ему только врач. А вот Дима может ответить на мой вопрос.

— Ребенок? — голос слабый. Так страшно услышать ответ.

— В порядке.

Облегчение, такое сильное, волной накатывает на меня и полностью затапливает меня. Я наконец могу расслабиться, но ненадолго, потому что только сейчас замечаю кусок марлевой повязки, выглядывающий из-под футболки мужа.

— Что это? — пытаюсь дотянуться до Димы второй рукой, но она падает на половине пути на кровать.

— Пустяки. Не переживай и не напрягайся, — Дима нежно пожимает мои пальцы и легко улыбается. Я тут же напрягаюсь. Улыбается? — Ты как? Что-то болит? Пить хочешь?

Когда речь заходит о воде, я сразу чувствую жажду. Она дерет горло. Я тянусь к нему, но Дима перехватывает мою руку и кладет на кровать.

— Не двигайся. Сейчас дам тебе воды, — взгляд мужа наполнен тревогой, когда он смотрит на мою шею.

Но длится это всего мгновение, прежде чем Дима отпускает мои руки и начинает возиться у тумбы. Я не вижу, что он делает — лежу не очень удобно. А чтобы повернуться или приподняться, нужно приложить немало сил, которых у меня сейчас нет."

"Слышу, как Дима наливает воду, ставит, скорее всего. графин, и только после этого Подходит ко мне. Приподнимает меня, садится немного сзади и маленькими глотками дает пить.