Бывшая генерала дракона (СИ)

В ее глазах сверкнула обида. Я почему-то был рад, что обидел ее. Может, хоть так она почувствует ту боль предательства, которую причинила она мне?

— Я себе никогда не прощу, если совершу эту ошибку, — произнесла Наташья, выдыхая. — А теперь могу ли я попросить тебя покинуть мои покои, пока сюда никто не явился. Я понимаю, это — твой замок, твой дом. И я не имею права приказывать тебе или что-то от тебя требовать, но … пусть это покажется крайне невежливым, уйди…

Я смотрел на нее, не понимая, что такого чарующего было в ней.

Я развернулся и вышел, обещая себе ни при каких обстоятельствах не приходить сюда!

Больше нам говорить не о чем!

Стоило мне выйти из комнаты, как я увидел маленького Вэндэла. Тот открыл дверь, глядя на меня.

— Я бы хотел с вами поговорить. Наедине! — произнес Вэндэл. — Вы бы не могли выделить комнату для разговора. Я не хочу, чтобы это слышала моя драгоценная…

Я кивнул, глядя на юного лорда Грассгоффа, который осторожно прикрыл дверь и вышел в коридор.

— Сюда, — заметил я, ведя его в свои покои.

— Я вас благодарю, — произнес Вэндэл, а я затаил дыхание. На стене было развешано оружие, а Вэндэл с интересом рассматривал его.

— Если что-то нравится, я могу показать, — заметил я. Мальчишка мне очень нравился. Его тяга к оружию была мне так близка, словно я видел себя в детстве. Как зачарованный, я рассматривал дедушкин наградной клинок, видя, как на лезвии играет солнечный зайчик.

— Простите, — поборол себя Вэндэл, присаживаясь в кресло.

Я присел на кресло рядом, глядя на юного лорда.

— Я хотел поговорить с вами про мою драгоценную, — произнес Вэндэл. — Я смотрю, что моя мама вам очень понравилась. Это правда?

Вопрос сразу ставил в тупик.

— Можете не отвечать, я это вижу, — вздохнул Вэндэл, а его маленькие ручки держали подлокотники. — Моя мама нравится очень многим мужчинам.

"— Однажды, когда ты вырастешь, ты поймешь, что браки иногда свершаются не по любви, — заметил я.

— Тогда зачем нужен брак без любви? — удивился Вэндэл.

— Любовь может прийти потом, — заметил я.

— Тогда поторопите ее, — вздохнул Вэндэл.

Я рассмеялся. А Вэндэл посмотрел на меня с удивлением.

— Любовь нельзя поторопить, — произнес я, усмехаясь.