Будь моей Брейшо

Не могу выдавить ни слова – просто киваю, и Перкинс кивает в ответ.

– Х-хорошо… Э… З-з-здесь х-холодно, да?

Ему отвечает Мэддок, и голос его слегка дрожит:

– Да, Перкинс, холодно.

Но он обманывает его – сегодня на удивление теплый день.

Перкинс издает тихий смешок, который тут же превращается в хрип.

– Эт-то м-может… – Он пытается сглотнуть и смотрит на Кэптена. – Эт-то м-может н-ничего не значить д-для тебя, но я… Я горжусь, – его голос срывается. – Я так горжусь тобой.

Я перевожу взгляд на Кэптена и вижу, что его глаза открыты – он слышал, что сказал Коннор Перкинс, человек, который отдал свою жизнь, чтобы спасти его, хотя знал: Кэптен поклялся никогда не признавать его.

Они смотрят друг другу в глаза, отец и сын, когда Перкинс делает свой последний вдох на руках у Ролланда.

Глава 37

КэптенРэйвен стягивает свитер и набрасывает его на тело Перкинса, когда отец опускает его на землю.

Мой взгляд устремляется к домику у бассейна, и Ройс бежит внутрь, чтобы проверить Зоуи.

Виктория сокрушенно качает головой.

– Мне безумно жаль, – шепчет она и закрывает лицо руками.

– Ты тут ни при чем, детка, – говорю я, и она вздыхает."

"– Мэддок, – зову я, и брат помогает мне встать. Некоторое время он поддерживает меня, чтобы я не потерял равновесие.

– Ты в порядке, чувак? Ты ударился головой о камень, когда падал.

Мой взгляд скользит на ноги Перкинса, я вижу его хлопчатобумажные носки и отвожу взгляд.

– В порядке, не парься.

Шатаясь, подхожу к телу Майка, и мои глаза фокусируются на дырке между его глаз.

Смотрю на Мэддока, и он кивает:

– А то, чувак.

Визжат шины, и Ройс кричит:

– Это Мейбл! – Брат смотрит на тела. – Пусть она побудет с Зоуи в доме, пока мы тут… убираемся.

Отец достает телефон.

– Я позвоню Джеймсу, у него есть люди для таких дел.

– Нет, – говорит Виктория, и наши взгляды устремляются на нее. – Джеймсу пора уступить свое место.

Она смотрит на Ройса, Ройс хмурится, но затем следует кивок.

– Мак?..

– Да.

Маку требуется меньше двадцати минут, чтобы подъехать.

Мак подходит к Майку и начинает натягивать на него черный мешок. Закончив, наклоняется над Перкинсом, чтобы сделать то же самое, но я вмешиваюсь.

– Эм-м, – говорю я. – Мы его сами похороним…

Мак коротко кивает.

– Хорошо, я прослежу, чтобы все было сделано как надо.

Киваю и медленно отхожу, наблюдая, как он пакует тело Перкинса в мешок – этого не избежать.

Андре и его парни уносят тела, не говоря ни слова.