Будь моей Брейшо

– Папа почему-то плачет, Рора, – говорит она, и Виктория прерывисто вздыхает, в глазах ее я вижу боль.

– Не волнуйся, Зо-Зо, с папой все будет в порядке.

– А ты можешь сделать так, чтобы он улыбался? – спрашивает моя доченька.

Глаза Виктории скользят к моим, ожидая, надеясь.

Я сжимаю ее руку, и она кивает.

– Да, малышка. Думаю, что смогу.

Зоуи снова надевает наушники, как будто ничего не произошло, – а скорее всего благодаря Рэйвен она и не знает, что произошло, – и Виктория прижимается своим лбом к моему.

– Мне так жаль, Кэп…

Она замирает.

Наши взгляды встречаются.

Майк.

– Черт! – Ройс выбегает из комнаты.

Прежде чем я успеваю схватить ее, Виктория вскакивает и вылетает за ним.

– Извини, малышка.

Быстро спускаю Зоуи с колен, несусь к двери, но она захлопывается прямо перед моим носом.

Трясу ручку, страх сжимает мое горло.

– Виктория! Открой немедленно эту чертову дверь! Сей-час же!

– Потише, Кэптен, – бросает она шепотом. – Не пугай малышку.

Я поворачиваю голову и вижу, что Зоуи нахмурилась.

– Ви, детка, красавица… – Мое дыхание учащается. – Открой, пожалуйста, дверь.

Жду, но тишина – это все, что я слышу.

Черт!

ВикторияЯ влетаю в гостиную, и меня ловит Ройс.

– Вик-Ви… – выдыхает он, делая шаг ко мне. – Вик-Ви, не встревай, мы сами…

Бросаюсь вперед, Ройс перепрыгивает через диван и хватает меня за рубашку, но я успеваю поднять пистолет с пола и бегу через кухню к двери во двор позади дома.

– Виктория! – кричит он, но я не останавливаюсь.

Майк там, на заднем дворе.

Темные волосы спутаны, он весь в крови, в руках у него пистолет.

– А вот и ты, моя девочка. – Он кашляет кровью.

Мой взгляд падает на Ролланда – тот лежит на боку, поджав ноги к животу.

– Ублюдок, думал, что подстрелил меня, но ошибся.

Ролланд стонет, когда Майк пинает его тяжелым ботинком.

– Идем, моя девочка, нам надо торопиться, – говорит Майк, и я направляю на него пистолет.

Он усмехается и, пошатываясь, идет ко мне.

– Да ладно, подружка. Ты никогда не сможешь выстрелить в меня… Ведь это я учил тебя стрелять, помнишь?

– Я не промахнусь, Майк.

– Ты никогда не причинишь боль тому, кого любишь.

– Я не люблю тебя, и это я ударила твоего отца ножом в живот.

– После того, как он изрезал тебя.

Мои губы сжимаются.

– Не заставляй меня делать это, Майк.

Его улыбка становится шире, и он делает еще один шаг…

Он прав, я не могу его убить. Опускаю ствол ниже и целюсь ему в бедро.

Нажимаю на курок.

– Черт! – кричит Майк, падая в траву и зажимая рану.