Брак на миллион

— Как родители?

Я спрашиваю, подходя ближе к Дамиру вместо того, чтобы уйти, хлопнув дверью. Останавливаюсь рядом, слегка прижимаясь к его боку. Время замирает, растягивается подобно пластилину в ожидании, как поступит мужчина.

Если он сейчас отстранится от меня, если хоть как-то покажет…

У меня целая коллекция этих ""если он"", всего одна ошибка — и у меня будет повод сбежать. Будто я цепляюсь за эту возможность, чтобы прекратить мучить себя никому не нужными чувствами.

Но Дамир вдруг обнимает меня, укладывая ладонь на талию.

— Нормально. Папа, как всегда, весь в работе. Даже семейные ужины теперь пропускает.

Наверное, для кого-то наш разговор покажется нормальным и обычным. Но я ведь знаю, что на эти семейные ужины меня ни разу не пригласили. Словно вычеркнули из родословной.

— Ясно. А жених твой как? — я возвращаю шпильку с улыбкой, замечая, как Элина дергается от упоминания другого мужчины.

— Ох. Там всё сложно, я… Мне уже пора, не буду вам мешать.

— Передавай папе привет.

Машу рукой, пока за сестрой не закрывается дверь. Вместе с тихим хлопком Дамир делает шаг от меня, возвращается за стол. А я падаю на кресло для посетителей, растекаясь.

Один короткий разговор словно высосал из меня всю энергию, оставляя пустой оболочкой. Я даже не помню, какие слова готовила для мужа.

— И что это было, Элин? — Дамир интересуется сдержанно, складывая документы. — Что за представление?

— Разве мы не должны быть идеальной парой? Для всех, — интонацией выделяю последнее слово. — Поэтому и с Эвелиной…

— Я говорю о твоей сцене ревности. Нужно быть слепым, чтобы не заметить.

— И я тоже не слепая, — я фокусирую взгляд на виде за окном, говорить так проще. — Хочешь сказать, что моя сестра здесь оказалась просто так? Случайность?

— Ты ведь тоже здесь оказалась случайно, разве нет? Я не договаривался о встрече ни с Эвелиной, ни с тобой.

— Я — твоя жена!

Повышаю голос и морщусь от того, как это звучит. Дамир прав, у меня нет прав на ревность и скандалы. Пока между нами нет четких определений отношений, всё слишком расплывчато, чтобы вообще говорить о правах.

Но ведь и у Алиева тоже нет прав, а я помню его предупреждения о Марате.