Игра в убийство

Полный антипод Клавке, что, кажется, только доказывало озвученную ею сейчас теорию. Внезапно Мите очень сильно захотелось опять поцеловать Нику, но он усилием воли отогнал эту мысль, поскольку сейчас она была ужасно некстати. Как любовь осенью.

На скамейке у входа в дом сидела зареванная Клавка и баюкала больную ногу. Из дома к ним навстречу, услышав шум, спешили хозяева, мужчина и женщина лет пятидесяти.

– Перелома нет, – скороговоркой сказал мужчина, – я врач-травматолог, так что говорю со всей ответственностью.

– Через неделю! – вскричала Клавка и заплакала, отчаянно, горько, навзрыд. – У нас через три дня очень важный танцевальный чемпионат, и мы не можем его пропустить!

– Не хочу вас расстраивать еще больше, девушка, но танцевать вы через три дня точно не сможете. – Мужчина развел руками. – Кстати, позвольте представиться, меня зовут Андрей Платонович Петровский, а это моя жена Елена Андреевна.

– Ника! – воскликнула вдруг женщина. – Боже мой, Никочка, это же ты!

– Да, тетя Лена, я вас сразу и не узнала. Пять лет прошло, как вы у нас в Америке гостили. Дядя Андрей, я Ника Юдина.

– Виталия дочка, ну надо же! Вот так встреча. – Петровский охнул, разводя руками, и неуклюже обнял Нику. – Слышал, что вы вернулись, собирался на днях позвонить твоему отцу. Как он, как мама? Все здоровы?

– Да, все в порядке. Позвоните, они будут рады.

– Боже мой, да проходите же в дом. – Елена Андреевна распахнула дверь пошире. – Андрюша, приглашай гостей. Будем пить чай. Клава, девочка, давай я тебе помогу подняться на крыльцо.

– Не надо, – решительно сказал Митя и поднял Клавку со скамейки, привычно ощущая вес ее тела, которое таскал на себе вот уже почти двадцать пять лет. – Мы сами справимся.

– Сейчас будем пить чай с осенним вареньем, – говорила меж тем Елена Андреевна. – Вы знаете, из ягод и фруктов, которые собирают осенью, получается отличное варенье.

– Я с айвой, – сообщила Ника.

– А я с клюквой, – попросил Митя, дошагал со своей ношей до стула в столовой, куда их провели хозяева, и бережно усадил партнершу на стул. – А ты, Клав?

– А я все буду, – мрачно ответила она.