Брачные ошибки

Эрик и Алар молчали, разделяя его горечь. Если Виджан не слишком часто общался с ними, так как прошёл уже тридцатилетний рубеж, то Данеш, который был только на пару лет старше Эрика, часто принимал участие и в их тренировках, и в их беседах. Оба они понимали сейчас и горе повелителя, и тяжесть на его сердце. Предательство всегда отвратительно...

***

Эрик ценил в Аларе всё: и большой запас знаний, который только недавно стал сопоставим с собственными знаниями Эрика, и его дружелюбие и мягкость, и его доброе и ровное отношение к слугам, и умение настоять на своём в споре без скандала и истерики.

Юный наследник престола никогда, ни при каких условиях не выпячивал свой высочайший социальный статус и в разговоре с учителем, если приводили разумные доводы в споре, мог поменять точку зрения.

Так что, кроме любви к младшему брату, Эрик испытывал к нему ещё и глубокое уважение. Именно Алар, хоть и был младше возрастом, изначально построил отношения так, что это была дружба равных.

Не сын правителя снисходил до простого смертного, а подросток, который крепко дружил с юношей. И джангир знал, что никогда не предаст друга. Слишком уж показательны были примеры предательства.

Хорошо то, что останавливал Эрика от мыслей о предательстве не страх разоблачения и последующей казни, а тёплое чувство родства с Аларом. Всё же, при всех недостатках и несовершенствах, в джангире сильна была некоторая внутренняя порядочность, а здесь, в Джалире, наблюдая местную жизнь, он впитывал и местные понятия о чести и преданности.

Глава 39

Не все и всегда было гладко в жизни Эрика и Алара. Даже при том, что правитель старался окружить своего сына и его джангира лучшими воинами и самыми мудрыми учителями, жизнь подбрасывала ситуации, которые приходилось решать здесь и сейчас самим подросткам.

***

Стрелка-лучника на высокой крыше одного из богатейших домов города Эрик заметил случайно. Понимание, в кого целится убийца, пришло мгновенно.

И вместе с этим пониманием нахлынуло осознание: он не успеет помешать…

Сейчас убийца отпустит тетиву и, коротко свистнув, стрела вонзится в едущего на полкорпуса впереди Алара. Руки Эрика действовали сами по себе, почти без участия его воли и сознания: короткий замах и резкий, разрывающий шкуру коня кровавой полосой удар по крупу Лиджана. От резкой боли животное с визгливым ржанием взвилось на дыбы, поймав стрелу в широкую грудину.