Босиком по пеплу. Книга 3

Быстро передвигаться не получается. С двух сторон нас прижимают телохранители, прикрывая собой.

Оглушительный визг в толпе, переходящий в паническую звуковую атаку.  Ногти Алисии впиваются мне под кожу.  Дрожа всем телом, она неосознанно повторяет мое имя, прячется за моей спиной от неумолимо сужающейся петли хаоса.

Один из стоящих впереди бодигардов оборачивается к нам, отделяясь от шеренги. Хамдан Каттан.

— Назад, быстр ..., — закончить не успевает.

Поздно.

Все те же секунды, растянувшиеся в вечность, превратившиеся в бездну.

Щелчок. Парень дергается вперед, шатается, отчаянно пытаясь удержаться на ногах. Булькающий звук клокочет в горле. Еще один свистящий звук и пуля разрывает кожу на его шее, застревая внутри, кровь мгновенно пропитывает белоснежный воротник, хлещет фонтаном.  Мутный стекленеющий взгляд Каттана устремлен мне за спину.

— Нейтан, боже мой…Нет. Господи…, — Алиса кричит, пытаясь вырваться вперед, когда парень тяжело оседает на раскаленный асфальт. Мне хватает сил её удержать, но отчаянный женский вопль отдается глухой болью где-то внутри.

— Пригнись, быстро, — приказываю жене, толкая её на землю.

Вытягиваюсь рядом, прижимая голову Алисии к асфальту и накрывая затылок ладонью. Она рыдает в голос, находясь в полнейшем шоке.

Снова выстрелы, один за другим, еще один охранник падает рядом с нами. В открывшемся зазоре я успеваю увидеть обреченного стрелка в жилете смертника за мгновение до того, как он активирует взрывное устройство, превратив себя в окровавленный фарш из человеческой плоти.

Какие-то секунды… Не больше трех, как застывшая в одном мгновении вечность, гвалт мыслей в голове, замедленный режим…

Следом воцаряется тяжелая гнетущая тишина, или это я не слышу звуков, попав под воздействие взрывной волны. В голове стелется туман, время так и стоит на месте.

Несколько рук поднимают меня на ноги, перед глазами мельтешат лица, а на стоп-кадре в замедленном режиме зависает образ Алисии, вырвавшейся из рук телохранителей. Она бросается вперед, падает коленями прямо в багровую лужу на плавящемся полотне асфальта. Золотистый солнечный свет высвечивает её хрупкую дрожащую фигурку, искрясь в рассыпавшихся по плечах белокурых локонах.