Босиком по пеплу. Книга 3

Скажи, что ты никогда с ней не был. И я оближу тебя прямо здесь, — слезы беззвучно стекают из глаз, пока большой палец скользит вокруг нежной плоти. Нахожу самое чувствительное место под ней, поглаживая подушечкой так, как ему нравится. — Прямо сейчас.

— Это может сделать любая. Из сотен, что присутствуют здесь, — тяжело дыша, заявляет Ран.

— Уверен, что не хочешь, чтобы это была я?

— Нет.

— Хочешь, чтобы я унижалась? Навязывалась? — яростно выдыхаю в его распахнутые губы, бережно сжимая член у основания.

Веду ладонью выше по гладкой твердости. С ума сойти, каким каменным он ощущается. Вся сила Мира заключена в моем кулаке. Налитый кол, обтянутый шелком.  — Вымаливала прощение? — моя ладонь быстро скользит по нему, смазанному моими соками. — Или высасывала, Мир? Остановилась? Ушла? Чего ты хочешь? — дышу чаще, ускоряя движение рукой. Вжимаюсь промежностью в его яйца, не в силах сдержать жадные стоны. Продолжая перечислять варианты и ранить нас обоих словами, дрочу его вздыбленный член, получая дикий кайф от его боли, наслаждения, рычания, отрицания…каждая эмоция, как отдельный Мир. Все заберу себе, Ран, отдай мне…

Безмерная похоть овладевает мной. Необузданная, вседозволенная, грешная. Прекрасная.  Я в её власти, в его власти, алая пелена застилает взгляд. И кажется, что не только мой. Наш общий…

— Так чего ты хочешь, Мир? Что я должна сделать, чтобы ты определился? Уйти мне или остаться?

Амирана трясет, мощную грудную клетку мужчины сотрясают вибрирующие и горловые стоны.

В глазах простирается тьма возбуждения и бешеного желания.

— Уйти, — сдавленный стон, который заставляет меня остановиться. Мне кажется, я ослышалась, настолько бредовыми выглядят сейчас его слова.

Моя рука замирает на его члене. Амиран подается вперед, в мои пальцы, явно собираясь забрать свою долгожданную разрядку, но я резко соскакиваю с него, намереваясь выполнить озвученное желание мужа.

Все бесполезно, бессмысленно.

Терпение лопнуло, ненавижу…. Я уже все перепробовала, хватит.

— Стоять! — грозный приказ пронизывает до испуганной дрожи."

"Треск ткани кричит о том, что мой морской узел, связывающий его запястья, он разорвал за секунду. В следующее мгновение Мир ловит меня за локоть, и, развернув, толкает на колени перед собой, а сам вновь опускается в кресло. Наклоняется ко мне, соединяя наши носы и дыхания. У меня больше нет дыхания, пусть за двоих дышит.