Бездна в твоих глазах

Срывается с места и быстро убегает наверх.

— Кто эта женщина?! Что у тебя с ней?! — продолжает кричать Амелия, жестикулируя руками.

— Разве не очевидно? — ухмыляюсь я и иду к бару. — У меня с ней секс! — Оглядываюсь, потому что слышу, как в гостиную влетает охранник. — Как вовремя! — усмехаюсь я. — И где же ты раньше был?

Раздражает все: жена, тупая охрана, но главное то, что меня вырвали из прекрасных выходных с Дарьей.

— Она обманула нас… — пытается оправдаться охранник, а Амелия злится, сверкая злыми глазками.

— Уволен! — прерываю я его тираду. Уже не важно, что послужило причиной его прокола, главное — следствие.

— Но я не мог… — что-то мямлит он.

— Пошел вон! — рявкаю я, чтобы до него, наконец, дошло. Парень ретируется, оставляя меня наедине с женой.

— Почему ты не предупредила о своем возвращении? — стараюсь говорить спокойно, но голос срывается.

— Наверное, для этого! — разводит она руками, указывая на камин и вино.

"— Глупо отпираться, когда все очевидно. Ненавижу сюрпризы и тебе больше не советую их делать, — иронично говорю я.

— Ты… Ты… Ты… — кричит она, не находя слов, расстегивая шубу и обмахивая себя руками, словно ей дурно.

— Согласен, я мерзавец, не трать энергию на эпитеты, — залпом выпиваю виски и наливаю себе ещё.

— Ты словно другой человек, я совершенно тебя не узнаю!

— Сейчас я настоящий. Не нравится? Дверь открыта! — специально толкаю ее на кардинальнее действия, но Амелия быстро моргает, собираясь плакать. Я, возможно, её и утешил бы, попытался бы поговорить и немного сгладить конфликт, но у меня совершенно нет на это времени и желания, я постоянно смотрю вверх, думаю о Даше и о том, что сейчас творится в ее голове.

ГЛАВА 19

ГЛАВА 19

Дарья

Я ведь знала, что он женат! Знала! Но все равно не устояла. И никто, кроме меня самой, не виноват. Так отчего же теперь так гадко на душе? Одеваюсь, бегая по комнате, и почему-то хочется рыдать. Дура! Ругаю себя, но легче от этого не становится. Он демон-искуситель. Умеет так сладко лгать, что невольно чувствуешь себя единственной. Понятно, что между нами был только секс и ничего большего.