Без чувств (СИ)

Лихорадочно придумываю что-то нейтральное, но ничего особенного в голову не приходит, а к правде я пока не готова.

— У меня разрядился телефон.

Ратмир нависает надо мной на локте, перекидывая на него вес тела. Разговаривать о важном, когда в меня впивается настойчивый взгляд — адски сложно. И всё это отягощается внушительной эрекцией, которая давит в бок.

— А честно?

Облизав пересохшие губы, развожу ноги шире под натиском рук. На мне нет белья. То, что было — повесила сушиться в ванной комнате.

Между бёдер влажно.

— Честно, — выдаю сипло. — Ноль процентов. По-твоему, как бы я вызвала такси?

Мир наклоняется, накрывая мои губы своими. Я выгибаю спину. Чувствую, как предательски ноют соски и от каждого умелого прикосновения подрагивает живот.

Целуемся медленно и почти что невинно, соприкасаясь губами, лаская друг друга и совершая короткие порывистые движения.

Я смелею и отрываю руки от матраса. Обвиваю мужскую шею, перебираю жесткие волосы на затылке. Глажу широкие плечи и пробегаюсь кончиками пальцев по рельефным кубикам пресса, а дальше… будто ныряю под воду.

Набрав в лёгкие больше воздуха, сама не осознаю, что делаю.

Глаза напротив ярко вспыхивают. Грудная клетка часто вздымается, а неровное дыхание покалывает губы.

Ратмир оттягивает резинку шорт, берёт мою руку и кладёт на вздыбленный член.

Кожа гладкая и бархатная. Я издаю стон удовольствия, растирая прозрачную каплю по всей длине и двигаясь то вверх, то вниз.

— Скажи…

Меня подкидывает на месте, когда настойчивые губы покрывают поцелуями подбородок, шею и ключицы, втягивают в тёплый рот розовый сосок, а пальцы — исследуют внутреннюю сторону бедра и сладко проникают внутрь.

— Ты и сам всё знаешь…

Мозг плавится, когда Мир встает коленями на матрас, сгибает мои ноги и слегка разводит их в стороны.

Его член красиво покачивается. Я без слов прошу большего. Всхлипываю, когда головка упирается в промежность. Выгибаюсь дугой. Напряженно и терпеливо жду.

О том, что в этот раз мы без защиты — успеваю подумать тогда, когда принимаю резкое и глубокое вторжение.

По телу рассыпается мелкая дрожь. Изо рта рвётся стон. Это не в первый раз, но ощущения до сих пор сильные. Нам тесно, узко. Внизу живота слегка печёт, но вовсе не больно, а вперемешку с разгорающейся искрой наслаждения.

— Я выйду…

Киваю, принимая толчок до упора. Хочется верить, что подобная лёгкая безрассудность была только со мной. Впервые.

Сердце грохочет.

Ратмир опускает взгляд вниз и сжимает мое бедро.