Бесноватый цесаревич

– Что случилось? Почему половина слуг толпится во дворе?"

"– Я тоже хотел бы знать, почему слуги во дворе. У них, наверное, работы нет. Потом проведу беседу с гофмейстером. А шум из-за больной девочки. Сейчас ее привезут.

– Девочка из какой-то знатной семьи? – спрашивает Юля. – Ты проявляешь такое участие.

– Нет. Просто русская девочка, которой нужна помощь, – ответил я и вышел из комнаты.

В комнатах Блока был сам доктор, его помощник Яков Блинд из семьи обрусевших голландцев, Первушин и девочка лет одиннадцати, которая лежала на софе.

Бледная и осунувшаяся.

Блок уже расспросил девочку и начал осмотр, слегка надавил ей на правый бок. Особой реакции не последовало.

– Надавите на левый бок, – предложил я.

Крик боли, и ребенок скорчился от боли. Отец попытался броситься к ребенку, но я его остановил.

– Все ясно, – произношу уверенным тоном, – Это, скорее всего, воспаление червеобразного отростка[35]. Готовьте операционную. И позовите служанку, надо протереть ребенка водкой.

Нам нужно убрать всю грязь с тела.

– Я тоже так думаю, – отвечает Блок. – Херр Гейстер[36]дословно описал это заболевание. Но я никогда не делал таких операций. Вы уверены, что у нас получится?

– Выхода все равно нет. Иначе девочка умрет в муках. Иван, даешь добро на операцию? Только сразу учти, что неизвестно, как все обернется, – обращаюсь к Первушину.

– Все в руках Божьих, великий князь. Спасибо тебе, что проявил участие. Раз надо, значит, режьте.

Удивительно, но во время операции меня не стошнило.

Я крови не боюсь, но смотреть, как режут человека, пусть и на операционном столе, совсем другое дело. Заметил за собой такую черту, что в некоторых моментах я переключался на восприятие окружающего мира реципиентом. Иначе давно помер бы от культурного шока. В принципе, Блок был очень опытным хирургом, тридцать лет в действующей армии как-никак. Я только дал в свое время ему несколько советов по дезинфекции и гигиене. Мы надели белые халаты, которые док заказал по моей рекомендации. Первушина из комнаты выгнали. Ребенка напоили опиумной настойкой и привязали к операционному столу, который Блок тоже заказал по моему совету. Операцию делали Блок и Блинд, я только присутствовал в комнате и помогал по мелочам.

Часа через полтора мы вышли из комнаты. Девочку аккуратно перенесли в соседнюю комнату, с ней остался отец и прикрепленная служанка. Она уже имела опыт помощи пациентам Блока после проведенных операций.