Бесноватый цесаревич

Лет через десять-пятнадцать мы отстанем без всяких шансов их догнать. Но в производстве оружия этого допускать нельзя. Надо выделить деньги и испытывать в армии разного рода новинки, пусть самые странные, с точки зрения сегодняшнего дня.

Мы какое-то время шли молча. Александр не тот человек, который будет принимать решение сразу. Пусть хорошо все обдумает, я только за.

– Ты действительно сильно изменился. Я уже устал удивляться твоим идеям. Но одно дело игрушки, и совсем другое – армия. Откуда у тебя такие мысли? Не думаю, что несколько молодых офицеров вашего полка, с которым, ты общаешься, могли натолкнуть тебя на такие мысли.

То, что за мной есть какое-то наблюдение и информация идет в столицу, я не сомневался. Странно, если бы было по-другому.

– Не важно, откуда такие мысли. Мне важно понять: ты со мной согласен? – спрашиваю Александра напрямую.

– Я согласен. И постараюсь оказать поддержку нашим генералам и адмиралам, чтобы отец не менял резко состав, который утвердила бабушка. Она перед смертью и так отправила в отставку и заменила многих заслуженных людей.

Решили, что я не буду откладывать с докладом и напишу его до отъезда Александра. Была у меня еще одна тема, которую хотел обсудить с братом. Но нет смысла вываливать на него такой поток информации.

Когда мы подошли к катку, уже начало смеркаться. Но темнота никак не отразилась на энтузиазме любителей коньков, к тому же факелы давали достаточно света. Я и сам накатался от души, заодно дал несколько советов, в первую очередь дамам. На ужине наши красавицы решили, что обязательно надо залить несколько катков в столице. Я с радостью поддержал эту инициативу. Благо амуницией все присутствующие были обеспечены. Плюс первая партия уже отправилась в лавку Астафьева.

"2Каждое утро у меня начало походить на предыдущее. Сначала посещение взвода и уже потом, после тренировки, я уделял время гостям. Может, для этого времени такое поведение считалось неприемлемым, но я не собирался подстраиваться под чьи-то хотелки. А окружающие уже привыкли к моей эксцентричности и подозревают, что мне наплевать.

Дела роты я переложил на Томаса.