Бесполезная жена герцога южных земель

Конечно, вероятность того, что он прибудет утром или даже в первой половине дня не большая, но отчего-то интуиция подсказывает мне, что уходить обратно к себе пока лучше не спешить.

И она оказывается права.

Неожиданные крики и шум снаружи доносятся через открытое окно кухни.

Поднимаю юбки и быстрым шагом спешу наружу, оставляя позади обескураженных поваров. Эмили спешно семенит позади, следуя попятам за своей госпожой. Ух, чует мое сердце, попахивает скандалом!

— Что происходит? — по ступенькам главной лестницы вниз спускается Генри, и нагоняет нас, когда мы пересекаем холл.

Пожимаю плечами и улыбаюсь. Очевидно, что улыбка эта больше похожа на оскал, потому что подросток невольно вздрагивает и оступается так, что едва не заплетается в собственных длинных ногах.

Развернувшаяся снаружи сцена на крыльце превосходит все мои ожидания.

11

Герцог Грейстон стоит на последней ступеньке и смотрит свысока на замершую внизу Фриду, сжавшую губы в тонкую линию и встретившую наше появление вспышкой плохо скрываемой злобы в глазах.

Вереница сундуков, различных аккуратных свертков, бумажных пакетов продолжает увеличиваться рядом с герцогом, пока рыцари продолжает делать ходки от припаркованной неподалеку повозки туда-обратно.

Ничего себе. Гора стремительно растет и все никак не заканчивается."

"— Они использовали магию расширения пространства на экипаже, — подсказывает шепотом Генри, наверняка заметив мои круглые от удивления глаза.

Тут никакие пространственные камни перемещения бы не справились, с помощью которых мы с новоиспеченным мужем из храма оказались прямо в герцогстве. Неудивительно, что Глен отказался мой багаж забирать. Учитывая немаленькую стоимость одного камешка для перемещений на дальние расстояния и ограничения по весу, велика вероятность, он бы разорился!

Но постойте…Роюсь в памяти прошлой хозяйки тела и понимаю, что вещей столько у той Евы не было.

— Ваше с-сиятельство, вы не можете… — Фрида распрямляет спину, будто заглотила палку, и смотрит как рыцари переносят вещи из повозки, в глазах ее столько возмущения. Их у прислуги быть не должно.

— Я все могу, Фрида, — отрезает ей в ответ Глен. — Ты не смеешь диктовать мне, что я имею право делать в собственном доме.