Бесполезная жена герцога южных земель

— До пляжа мы ехали этим путем?

Глен выглядывает наружу и в тусклом свете зажженного в карете фонаря резко бледнеет.

— Нет…Эта дорога давно уже закрыта.

Экипаж набирает ход, подскакивая на кочках. Скрипят рессоры, трясется крыша и стены, мне становится страшно.

— Эй, ты! — Глен высовывается из окна и кричит кучеру. — Живо остановись!

У меня возникает чувство, что никакие угрозы и требования этот экипаж не остановят. Лицо мужа, когда он смотрит на меня, полно самых ужасных опасений.

Прыгать нам из летящего на всех парах экипажа не вариант.

— Ева, не бойся, — герцог опускается на пол и тянет меня за собой. Оказываюсь в его руках. Глен крепко обнимает меня, словно поглощая своим телом. Чувствую себя распластавшимся на нем комочком.

— Держись крепче за мою рубашку впереди, хорошо.

— П-почему?

— Впереди резкий обрыв. Но внизу река. Обещаю, с тобой все будет хорошо, — Глен накрывает ладонью мою макушку, хороня мое лицо на своей могучей груди.

— Что… — пытаюсь спросить, щекой ощущая, как быстро колотится его сердце.

Если мы сейчас сорвемся, это же значит…"

"Дикое ржание лошадей снаружи, треск камней под колесами, карету заносит и резко разворачивает, мы летим куда-то в бездну. Глен вдавливает меня в свое тело, принимая на себя силу удара от соприкосновения экипажа с пластом бурлящей воды.

Где кучер? Он успел спрыгнуть или же решил кончить с жизнью, раз осмелился убить герцога, зная, что все равно не жилец?

Я быстро перестаю думать о ерунде, едва поток ледяной воды сквозь окна и образовавшиеся трещины начинает топить чудом уцелевшую и не развалившуюся на части после падения с высоты карету.

Пытаюсь дышать, но в легкие не попадает такой необходимый кислород. Воды уже пояс, когда я успела на ноги подняться? Трясет меня то ли из-за нарастающей паники, то ли из-за ледяной, но почему-то обжигающей каждую клеточку кожи воды.

— Дыши. Ева, дыши, — герцог берет меня руками за щеки, поднимая голову так, чтобы я видела его глаза.

— В порядке? Ты в порядке? — удается спросить только это.

— Да, цел. Нам нужно выбираться.

Бледное обескровленное лицо, беспокойство меж нахмуренных бровей, поджатые губы и странный, решительный взгляд.