Беспредельщик

А почему бы и нет? Раз с Ринатом я буду разбираться завтра…

Шагайлов запомнил, что обычно на всех его тусовках я предпочитала отсиживаться в его кинотеатре и смотреть со многими подуставшими придурками смешные приколы на ютюбе и курить кальян.

Придерживая меня за талию и не видя сопротивления, он повел меня к дальней двери.

— Как учеба, бейба? — спросил он эротичным голосом.

— Все ок. Скоро защита и все. Буду счастливой обладательницей диплома. Потом собираемся на Филиппины на несколько недель, — я проследила за выражением лица Макса.

"— Я был на Филиппинах в прошлом году. Очень круто посерфил. А когда вы летите? — спросил он открывая дверь в полумрак. Из проема сразу вырвался клуб едкого дыма. Я довольно улыбнулась. Его заинтересовала поездка.

— Сразу после экзаменов. Недели через две. Если ты полетишь с нами, я буду очень рада, — последнее я прям промурлыкала и почувствовала, как пальцы мужчины сильнее сжали мою талию.

— Окей. Приглашение принято, бейба.

Мы вошли в кальянную. Народу была тьма. Пять кальянов в стеклянных колбах подсвечивались разноцветными диодными лампами. На плазменном экране на всю стенку мельками придурки засовывавшие яйца в лузы для бильярда и бившие по ним шарами. Все ржали, как кони, когда очередной псих из видео получал бильярдным шаром в пах.

С густым смогом в большом помещении не справлялась даже дорогущая система вентиляции.

Макс подтолкнул меня к свободному дивану и плюхнулся, утягивая меня к себе на колени.

— Брэйн, это Лили. Вы ж вроде вместе учитесь, — громко проговорил Макс поглаживая мою спину.

Я обернулась. Кто такой Брэйн. Не помню в группе такого. Сквозь толпу разнузданной молодежи я всмотрелась в дальний угол. Там, сливаясь с густым мраком сидела черная фигура. Я замерла не дыша. Зеленые ядовитые глаза смотрели на меня в упор. Несколько метров между нами, несколько зажимающихся парочек, бесстыдно целующихся, несколько разноцветных кальянов, ничто не стало препятствием, чтоб ощутить волну циничного холода и зеленой ядовитой насмешки.

Этот гребанный фрик Самойлов и тут меня нашел!

— Нет, Кэн. Я ее не знаю, — грубым басом ответил Платон и отвернулся к расфуфыренной девке, что жалась к его плечу и мурлыкала что то на ухо. Он выплюнул эту фразу так брезгливо, словно хотел добавить пару крепких словечек в мой адрес.