Беспредельщик

Я быстрее теребила пальчиками горошину клитора. Больше чем на половину втянула его царский член в рот. Головка уперлась в гортань и из нее начала выстреливать терпкая густая сперма. Ее вкус меня добил. Я начала сотрясаться с его органом во рту. Мы кончали одновременно. А я послушно глотала все семя.

Несколько секунд мы стояли все в том же положении. Самойлов начал медленее и нежнее поглаживать мою голову. Покачивал бедрами мне навстречу. Наши всхлипы и стоны утихли.

Я вылизала с упоением его член.

Отполировала до блеска любимую конфету. Платон мне нравился. Весь. А его величественный орган особенно. Я пальчиками помассажировала его мошонку. Проскользила несколько раз по стволу, выжимая последние белесые капли.

Слизала все.

Довольно поцеловала гладкую блестящую кожу. Такую упругую и вкусную."

"Платон чуть склонился и медленно поднял меня с колен. Вытер большим пальцем мой рот. Придавил чуть припухшие губы.

Затем убрал палец и смачно поцеловал меня.

Слизывая изнутри и свой и мой вкус оргазма.

— Охуенно, Лили. Умница. Все таки ты хорошая девочка. Поехали домой, принцесса, я тебя вылижу в благодарность за старательную отдачу, — хохотнул он и снова шлепнул по голой заднице.

— Мм, знаешь, чем завлечь меня обратно в ту унылую берлогу. Ладно поехали. Но я все равно еще обижена на тебя, — я кокетливо надула губки.

— Тебе нечего обижаться, мне нужна только ты..

Он сказал это так просто и легко, но от его слов сразу вернулась уверенность в своей исключительности.

Самойлов мой и только. Обломается, сука Фаина. И напоминать о ней не буду, выносить ему мозг. Курва не заслуживает столько моего внимания!

А Платон пусть дома зализывает свою вину. Этому я только рада.

Глава 31

Солнечное утро и легкий ласкающий ветерок добавляли плюсиков к моему хорошему настроению. Уже вытраханная Платоном с утра, а потому очень довольная и жизнерадостная, я пинала на площадке кроссовком камни. Они с грохотом летели в стену металлического гаража, и бомжи, что мирно рылись в альтфатерах то и дело обкладывали меня матами.

Меня их злость веселила, и следующим я выбирала камень побольше. От них и шум сильнее.

— Лили, привет, ну что, пошли? — окликнул меня Лешка.

Я сразу к нему обернулась и бросила занятную затею бесить бомжей. У моего дружбана подмышкой был зажат мяч, а в руке он держал ракетки для бадминтона и воланчик.

— Привет, Лешка.