Беременна по ошибке

Где нет бесконечных пробок, сигналов, матерящихся водителей. Где не орут через стенку, выясняя, кто сегодня не вынес мусор. Да, мои прошлые соседи не отличались тактичностью и чуть ли не каждый день закатывали истерики с битьем посуды. Поводом становилось абсолютно все, даже простой взгляд. Но сейчас не хочу думать о них. Я далеко – и это главное.

Пока мы едем до больницы, телефон Ярослава не смолкает. Мужчина постоянно висит на связи и разговаривает о делах. То министр, то менеджер, то зам. У меня давно бы от такого темпа опухла голова, а он держится бодрячком.

Хоть я и знаю, что он так же, как и я, не спал полночи.

Машина останавливается недалеко от главного входа, и нас сопровождает Петр. По мере приближения к кабинету УЗИ сердце все сильнее начинает колотиться о ребра.

«Господи, пожалуйста, сделай так, чтобы сейчас оба сердечка моих крошек бились сильно и уверенно. Я постараюсь задвинуть свои хотелки поглубже. Я даже постараюсь наладить отношения с Яром, если это поможет сейчас все устаканить.

Мне это так же важно, как следующий вдох. Пожалуйста, награди меня за те дни, которые мы провели в заточении. Помоги, Господи!» – я не знаю, поможет ли, услышит ли, но не могу остановиться. Поток мыслей непроизвольно формируется вот в такие просьбы и молитвы. Вижу, как лицо Ярослава тоже становится напряженнее по мере того, как мы подходим к нужному кабинету.

Закусываю нижнюю губу и хватаю руку Гаврилова. Это получается случайно, инстинктивно. Я цепляюсь за него как за соломинку. И он не отталкивает.

Всего лишь удивленно выгибает бровь, но стоит мне начать вытягивать ладонь, сжимает кисть сильнее и подносит к губам. В его глазах обеспокоенность, но он просто подмигивает и целует мою руку, отчего по спине бегут мурашки.

– Все будет хорошо. Нужно просто это пережить."

"Его шепот заставляет внутреннюю бурю утихнуть. Разжимаю зубы и делаю судорожный вдох. Гаврилов стучит в дверь – и нам разрешают войти. Он пропускает меня вперед и заходит следом. Сегодня я благодарна за то, что он будет рядом.

С ним не так страшно, и я почему-то уверена, что он не бросит в такой момент.

– Ульяна Александровна. Ложитесь, поднимайте кофту. Сейчас посмотрим, какие у нас изменения.

Снова прохладный гель. Дыхание застревает в легких. Врач опускает датчик на живот и устремляет взгляд на монитор. В комнате воцаряется тишина, нарушаемая только звуком нашего тяжелого дыхания.

– Ну что там?

Врач снова хмурится, а у меня внутри все сковывает льдом.