Беременная для Палача

Того, что вот-вот упаду в бездну удушающего страха, который и так тянул ко мне свои невидимые цепи.

— Выйди из комнаты, — повторил Самсонов, все так же смотря на меня своими бездушными глазами. Они совершенно не изменились. Таковыми были, когда мужчина убил моего брата и таковыми они являлись сейчас, когда он смотрел на меня.

Судорожный выдох и никакой возможности сделать новый вдох. Я посмотрела на дверь и действительно собиралась ринуться в ее сторону, но почему-то покачнулась и сделала еще несколько шагов назад.

Самсонов пошел в мою сторону, а я на этот раз уже более быстро отошла назад, но, будто теряясь в пространстве, спиной столкнулась со шкафом. Вниз посыпалось нечто стеклянное и, разбиваясь на мелкие осколки, эти вещи разлетались в разные стороны. Вот только, в это мгновение я этого даже не замечала.

— Настолько сильно боишься меня? — Самсонов остановился совсем близко.

— Да… — сказала на выдохе и не узнала собственный голос.

Некоторое время мужчина молчал, но все так же смотрел мне в глаза, а потом резко подступил вплотную. Вплел пальцы в мои волосы и сжал пряди, заставляя повернуть голову и посмотреть только на него, а не растерянно оглядываться по сторонам.

— Правильно делаешь, — этот мужчина был будто выкован из льда, но его дыхание обжигало мою кожу. — Я зол.

Он поднял вторую ладонь и ею сжал мой подбородок. Не сильно, но ощутимо. Так, что я полностью прочувствовала — я в его руках.

— Сейчас я должен был тебя трахать."

"Его глаза всего лишь на несколько секунд опустились ниже. Скользнули по груди, бедрам и ногам. Платье было достаточно закрытым, но почему-то мне показалось, что сейчас перед Самсоновым я была полностью обнажена.

— Кто? — Самсонов опять посмотрел мне в глаза и я от этого дернулась. — Кто тебя тронул?

Он приблизился еще ближе, а я дернулась. С силой стиснула зубы и спиной настолько крепко прижалась к шкафу, будто пыталась с ним слиться. Сердце билось настолько быстро, будто делало это в последний раз и за считанные минуты пыталось отбить те годы, которые не суждено прожить.