Беременная для Палача

Бюстгальтер я надевать не стала, слишком сильно жгло спину, не хотелось лишний раз задевать обгоревшую кожу, вот я и набросила майку свободного покроя. Теперь же оказалась перед Амираном практически голой.

— Я просто обработаю тебя, — сказал Амиран и выглядел при этом абсолютно невозмутимо. — Смажу кремом. Чего дергаешься?

— Ничего, — напряглась. — Для этого совсем необязательно стягивать одежду. Ты мог бы просто приподнять майку.

— А потом крем сотрется. Тогда в чем польза?

Звучало логично. Однако мне совсем не нравился хищный блеск в его глазах.

Мужчина смотрел на меня так, будто трогал.

— Ты с чего вдруг зажимаешься вся? — усмехнулся Амиран. — Я много раз видел тебя голой. Думаешь, сейчас с цепи сорвусь?

— Я ничего не думаю, — бросила хмуро.

— Тогда расслабься.

Он обошел меня и остановился сзади. Я продолжала держать руки в скрещенном положении, как могла прикрывала грудь от пристального взгляда этого зверя.

— Выдыхай, Ксюша.

Я передернула плечами и ничего не ответила.

Амиран дотронулся до меня.

Прошелся пальцами по рукам, после переместился на спину. Крупные ладони задержались на моих лопатках, медленно обвели их, дальше двинулись ниже. Крем обладал охлаждающим эффектом. Мороз разливался на коже. Это создавало особый контраст с прикосновениями Амирана, ведь его пальцы были до жути горячими, согревали и будоражили, вызывали нервную дрожь.

Просто рефлекс. Да, именно так. Просто рефлекс и ничего особенного. Я позволяла мужчине себя трогать только потому что сама не смогла бы вот также ловко пройтись вдоль спины.

Он действовал нежно. Осторожно. Даже с каким-то трепетом. Касался меня и обдавал обжигающей лаской. Дотрагивался настолько бережно, словно опасался, что я могу в любой момент исчезнуть."

"— Откуда столько напряга? — хрипло спросил Амиран. — Думаешь, я причиню тебе вред? Разве я делал тебе больно? Давал повод считать меня таким монстром?

Нет. А вообще… трудно сказать.

Противоречивые ощущения раздирали на части. Эмоции лишь сильнее запутывали меня, и я уже с трудом могла разобрать, что верно, а что нет.

В памяти до сих пор хранилось много унизительных моментов. Оскорбления. Жесткость. Пожалуй, даже жестокость. Но да, черту Амиран не переходил. Физическую боль он никогда мне не причинял, держал все свои порывы под контролем. Вот только разве в этом таится главная суть?

Я понимала, что сама допустила ошибку. Еще тогда, придя к нему, предложила себя в качестве любовницы, согласилась на все, точно настоящая шлюха.

Мы начали не с того.