Беременная для Палача

Вернемся обратно как настоящая пара. Во всех долбаных смыслах вместе будем.

— Ты почему за мной идешь? — насторожилась Ксюша.

— Хочу увидеть дочь.

Девчонка ничего не сказала, лишь плечами нервно передернула и двинулась дальше. Больше не обернулась. А я тащился за ней. Как послушный сторожевой пес. Взглядом обводил фигуру. Изгиб за изгибом. Тонкая она, но сочная, аппетитная. И пахнет так, что в момент улетаю, мозг отрубается и все. Ни черта не хочу. Только ее. Больше. Еще и еще. Но дьявол, тут только смотреть и можно, трогать нельзя.

Нянька свалила прочь, сообщила нам, что Соня спит, а после поспешила скрыться из виду.

— Тебе лучше прийти уже завтра, — тихо выдала Ксюша и встала у меня на пути. — Не нужно будить малышку.

— Я же только посмотреть. Осторожно.

Она помедлила, но все кивнула и отошла, пропуская меня вперед.

Я подошел к манежу, в котором спала моя дочка. Маленькая. Кроха совсем. Стоило на нее посмотреть, как губы в улыбке растянулись.

Соня издала забавный звук. Засопела. Смешно так. Охренеть. От одного лишь этого звука меня теплом изнутри затопило."

"И тут она открыла глаза. Посмотрела на меня очень внимательно. Пристально. Уже по этому взгляду можно было понять — мы одной крови. Хотя нет. Вообще, глаза у нее как у матери. Красивые. Яркие. Ясные. Такая мелкая, а уже мною рулит вовсю.

Соня улыбнулась. Слегка так. Щурится. А потом раз — и руку ко мне протянула. Нет, не руку. Ручонку. И пальцы у нее не просто пальцы.

Но как тут удержаться?

Я склонился над девчонкой, подал ей руку. Она тут же взяла меня в захват. Правда обхватить сумела только указательный палец, еще и двумя ладонями.

Нет. Ладошками. Иначе не назвать.

Я смотрел на нее и сам себя переставал узнавать. Мелкая, но шустрая. С характером. Уже чувствовал, что попьет крови, но мне будет только в кайф. Пускай.

Ей можно. И ее маме тоже. Можно все. Никаких гребаных исключений. И тут я поймал себя на том, что давно не чувствовал злобу.

Соня заулыбалась еще шире, крепче ухватилась за мой палец, а потом отпустила. Отвернулась. Видно, наскучило ей.

Закрыла глаза. Снова засопела.

А я так и навис над ней. Ловил каждый жест, каждое движение. Внутри же разгоралась убойная смесь противоречий.

— Амиран, — тихо сказала Ксюша.

Я обернулся.

— Она сама, — сказал. — Ну… потянулась. Но уже спит.