Белое солнце дознавателей

– Клянусь Всеблагой Марой, отец сделал это специально, – пробормотал Тир.

Я шуршала картами на столе, прижимая края всем, что нашлось под рукой – пресс-папье, книги, чайничек…

– Тир!

Он быстро вернул чайничек обратно, и выпил пиалу залпом.

– А что ты хотел? Когда-нибудь тебе придется управлять Кланом… тренируйся!

Кантор ослабил ворот нижней рубашки, расстегнул камзол и небрежно кинул его на кресло рядом.

– Я знаю, но это не делает проблему менее… сложной.

Глава Тиров устранился. Полностью. Разрешив Наследнику принимать любые решения в поместье под свою ответственность.

Из окна было хорошо видно, как на фоне начинающего полыхать оранжевым неба, вышагивают по стене сразу три тройки. Три на этой стороне и три на другой – они увеличили число охраны в два раза.

Перестраховываются? Или есть чего опасаться? Уйти из поместье вечером незаметно станет сложнее.

– Комната недостаточно большая, недостаточно светлая, не соответствует статусу, – Тир загибал палец за пальцем. – Нужно согласовать график посещения Арены, график посещения города…

– … график посещения лавок, ярмарки, Гранолы и аукциона, – подсказала я тихо. В том, что леди прибыли в Хали-бад совершенно не для того, чтобы сидеть в четырех стенах было очевидно всем.

– Блау… – простонал он тихо, но помогать ему я не собиралась. Чем больше будет занят Тир, тем меньше времени у него останется, чтобы интересоваться моими делами.

В дверь снова постучали – точнее контур беззвучно вспыхнул по периметру силовыми линиями, сигнализируя – стучат, как в кабинет стремительно ворвалась Марша, и следом за ней Фей-Фей.

– Тир! – Фейу была кратка и конкретна – на кончиках пальцев подрагивали язычки яростного рыжего пламени. – Мне сказали, что отдельной комнаты для меня нет, – прошипела она.

Кантор молча налил себе ещё одну пиалу чая – угол моей карты опять съехал и свернулся в трубочку…

– …Тир!

…чайничек глухо ударился о столешницу.

– Мы могли бы жить у нас! Целый дом в нашем распоряжении, и найти отдельную комнату проблемы не составило бы…

– Дверь там, – тировское золото вспыхнуло сначала на родовом кольце, потом полыхнула Малая печать на груди, зажглась цепочка вокруг шеи, и сверкнули глаза – наконец-то он вышел из себя.